— Могло и, наверняка, осталось, но он же с Ловчилой тёрся. Тот в теме был. Если чего и было — под себя подгрёб. А вот про схроны Ловчилы стоило бы узнать. Я бы Нельсона спросил, так ведь не скажет!

— А если баш на баш? Он с Ловчилой поговорит, мы ему что-то полезное раздобудем.

— Даже не знаю. Идея сама по себе не плоха, но как бы понять, чего медиуму нужно? Что ему в благодарность предложить?

— Босс, я так прикидываю, что денежки с рыжьём нам самим сгодятся, а вот если что-то умственное посулить… Книгу… Или научный прибор какой. А то и мечту.

— Мечту?

— У каждого есть мечта, в смысле, желание. Пусть он нам загадает, а мы исполним. И про нычки Ловчилы узнаем, и медиума чуток в наших делах замараем. Раз мазнём, другой, потом третий… Глядишь, и не отмоется, с нами тереться будет, из наших рук кушать.

— Грубо, примитивно, но ведь может сработать! Сделает заказ, мы его исполним, а там получится и полицией пригрозить.

— Стучать в полицию не по понятиям.

— Мы только пригрозим… Хотя… Это только против деловых не по понятием.

— Но всё-таки как-то неправильно. Даже наши парни нас не поймут.

— Сказал же, стучать не будем, только пригрозим. Тут другое непонятно — что именно Нельсона интересует?

— В каком смысле?

— В прямом! Ты “умственное” дать предложил, а что конкретно? Он же ничего не собирает. Книги и приборы? И про них не ясно — какие именно? Да и есть ли такие вообще? Спросить его самого? Так ведь, небось, нам не скажет. Сложно всё. Разве что со страховщиком посоветоваться?

— А он знает?

— Или да, или нет, но если не спросить, то точно не поймёшь.

— Полицейским бы тоже медиум пригодился для разматывания старых дел.

— Вот тут ты не прав — конкуренты никому не нужны. Если Нельсон начнёт призывать мертвецов, то многих придётся выгонять, как не справившихся с расследованием.

— Но нычки Ловчилы пригодились бы!

Подруги

— Утром, после каждой нашей встречи, я обязательно вспоминаю школьный математический анекдот.

— Не спрашиваю почему, лучше расскажи его.

— Утро, урок математики, бледно-зелёная учительница с дёргающимся от тика веком задаёт школьникам задачку: Дети запишите условие — две молодые, чуть за тридцать, женщины решили распить бутылочку сухого белого вина. Спрашивается — какого икса им было нужно докупать ещё две бутылки виски?

— Да, это про нас с тобой. Муж до сих пор вспоминает, как познакомился в баре напротив Управления с сумасбродной парочкой, Бет Фолд и Танишей Геар.

— Но ты от него залетела и выскочила замуж, а я выбрала карьеру.

— Ну, у меня же нет дядюшки среди заправил мэрии, пришлось выбирать то, до чего могла дотянуться.

— Зато теперь у тебя муж — сержант с перспективой стать лейтенантом и двое чудесных детишек. А я…

— А ты уходишь в страховую компанию на жирный оклад, следователем.

— Оно вроде так, да не так. Дядя меня туда протолкнул приглядывать за делами и ему постукивать. А начальник следователей берёт в надежде, что я продолжу спать с Джеком.

— Но Нельсон тебя отшил. И если ты поверишь моему опыту, у тебя больше нет никаких шансов. Я же с ним говорила. Помнишь?

— Глупо получилось — надо было постараться залететь от Джека. Думаю, женился бы, никуда бы не делся бы. Да и без колечка на пальчике всё было бы неплохо — я уже давно о ребёнке думаю.

— Завести ребёнка, особенно без свадьбы? Нет проблем! Плесни ещё по одной, и я тебе выдам целый список кандидатов.

— Я от Джека хочу!

— Эх, подруженька! Тебе уже за тридцать, а ты всё принца ищешь?!

Пегий

В контору мистера Нельсона вошёл элегантно одетый мужчина средних лет. Из толпы он сразу выделялся цветом своей ухоженной шевелюры. Если говорить красиво, такой цвет можно было бы назвать “соль с перцем”, то есть в причёске находилось приблизительно пополам тёмных и седых волос. Однако с учётом того, что тёмные волосы сильно отдавали в рыжину, потому и перец казался не чёрным горошком, а чем-то больше похожим на венгерскую паприку, к тому же седина отвоёвывала место на шевелюре как-то слишком неравномерно, всё больше пятнами, потому и благородное наименование “соль с перцем”, в данном случае, звучало бы чрезмерно льстивым комплементом такой странной расцветке.