– Вчера я совсем забыл и об огороде, и о дровах, и о строительстве калитки. И если бы скотина не орала так сильно, я бы забыл ее покормить.

Вместо того, чтобы застыдиться, Рэчел удивила его непонятно радостной улыбкой.

– На твоем месте я бы так себя не казнила. Принимая во внимание, сколько времени ты провел в сарае в те первые дни, когда я приехала.

Джейк застыл с открытым ртом. Шалунья. Она попала прямо в цель. Ему казалось, что он снова лезет к гору. Таких усилий потребовала выдержка. Но это проклятое солнце уже поднималось. Он уносил свое тело подальше от кровати.

– Как бы я не хотел, я должен идти. Еще немного и олень уйдет в леса.

– Олень? Как интересно! – Она села.

Несколько вьющихся прядей прикрыли прекрасную грудь.

– А можно мне с тобой?

Отводя глаза от ее прелестей, он прочистил горло. Потом его осенило.

– Ты что, никогда до этого не охотилась?

– Нет, – натягивая мягкое одеяло, она спустила с кровати ноги. – Но я буду вести себя хорошо. Ты даже не заметишь, что я рядом. Пожалуйста. – Она повернулась к нему, придерживая покрывало, обвила его шею гибкой рукой.

Ну как он мог отказать? Но сначала спросил:

– Ты ведь не умеешь стрелять, верно?

Ее улыбка исчезла.

– Ты хочешь сказать, что если я не умею стрелять, ты меня не возьмешь?

– Я именно так и думал, – убирая ее руку с шеи, он повернулся к двери. – Одевайся и выходи. Пора получить первый урок.

От страха у Рэчел затряслись ноги, она все же собралась и вышла на крыльцо.

Все, чего она хотела, это посмотреть, как ее горный мужчина продемонстрирует свой опыт, чтобы она могла записать в лист его доблестей еще одно доказательство мужественности. Но нет! Он захотел, чтобы она взяла одну из этих убивающих штук, и еще хуже, выстрелила.

Стоя на нижней ступеньке крыльца, она ожидала неизбежного, одевая и завязывая ленты шляпки – неважно, что до рассвета еще где-то полчаса.

Наконец Джейк ее заметил. Он стоял на лугу позади сарая, устанавливая бутылки на перекладину зигзагообразного забора. Поставив последнюю, он повернулся к домику. Чтобы он не думал, что она стоит как глыба, она пошла ему навстречу уверенной походкой, замедляя ход по мере приближения к нему и огромному ружью в его руках. Он без всякой милости протянул ей ружье. Она велела себе не быть неженкой и взять ружье. Но руки безвольно повисли вдоль тела, сразу как-то похолодев.

– Возьми, – настойчиво произнес Джейк.

Она проглотила слюну. Она слышала о ружьях, бьющих так сильно, что на плече оставался синяк размером с большое блюдо.

– Оно такое большое… Ты наверняка не хочешь, чтоб я стреляла из такого мощного ружья.

– Конечно нет, пока ты не научишься заряжать его. Кроме того, у этого карабина Холла отдача в плечо в половину меньше, чем у моего Хокена.

Куда делась та улыбка, которую она видела так часто за последние дни? Он уставился на нее с какой-то просто убийственной серьезностью. Она вздохнула и взяла ружье.

Джейк указал на линию перед спусковым крючком.

– Укладывай туда, теперь назад. Опускай. Ствол выглядел ужасно, как и курок. Ее пальцы задрожали, как только она начала нажимать. Было похоже, что ружье развалится на две части.

Раскрыв руки и посмотрев, Джейк подбросил в руке смертельный порох, прямо перед ее глазами.

– Насыпь немного порошка в затвор. Я скажу, когда остановиться. Очень медленно.

Взяв порох, она решила прекратить нервничать, иначе большую часть высыплет на землю. Чтобы успокоить себя и не просыпать, она представила, что это был просто черный песок, похожий на молотый перец.

– Достаточно. – Джейк взял мешок у нее и дал ей маленькую металлическую пулю. – Затолкай это в порох.

– А эта штука не взорвется, а?

Трусливые, жалостливые слова были произнесены прежде, чем она успела подумать.

Противная тишина повисла в воздухе на несколько секунд, а потом он повторил:

– Затолкни пулю большим пальцем. – Она медленно исполнила, надеясь вычеркнуть сказанное раньше.

Потом он положил маленький вогнутый кусочек меди в ее ладошку.

– Положи насадку поверх пули, потом закрой затвор.

На этот раз она без колебаний сделала точно то, что он говорил. Но особенно ей не понравился треск, когда закрылось ружье.

– С этим все, – сказал он ленивым, раздраженным голосом.

И вот наступил страшный момент: время стрелять. Но внезапно Джейк взял ружье, быстро поднял его на плечо, прицелился и выстрелил.

Рэчел подпрыгнула от оглушительного грохота и увидела, как разлетаются во все стороны осколки одной из бутылок. Дрожь сковала ее позвоночник. Джейк сунул все еще дымящееся ружье ей в руки. Потом из кармана рубашки достал порох, пулю и насадку.