– Вот и отлично. Связь с Летной Школой.
– перед адмиралом появилась голографическая проекция директора школы Яна Васера.

– Добрый день, Ян.

– Так. Вообще-то у нас сейчас полночь, адмирал, но я рад вас видеть.
– проворчало изображение.

– Ян, в прошлый раз, когда я тебя видел ты сказал, что отдал бы правую руку за то, чтобы я увеличил квоту на десять мест для твоих птенцов. Так вот, я увеличу ее на двадцать мест.

– Кого мне надо убить, адмирал?
– директор школы моментально проснулся.

– Никого. Мне нужен терминг.

– Кто? Это что - фамилия? Так. Владимир, я не понимаю...

– Это национальность. Один терминг учится в вашем гадюшнике. Так?

– Минуточку.
– изображение Яна повернулось, он что-то включил, всмотрелся: - Так. Был такой. Но у парня индекс нейроадаптации почти ниже нуля, ему только на транспортниках служить.

– Что значит - был? Где он?

– Так. Отчислили, конечно. Жаль, способный малый, но что сделаешь? Он же не в состоянии подключатся к тактической системе истребителя. Генетический дефект. Это бывает, хотя редко. А что?
– удивился Ян.

– Мне очень нужен этот парень. Если ты найдешь его и примешь в свой питомник, а потом выпустишь с зачислением в мое подразделение, то я выделю тебе твою квоту.

– Что же, мы найдем его, адмирал, хотя я не могу понять, для чего вам нужен парень с таким уровнем нейроадаптации. Он же истребителем управлять не сможет. Но для вас - все что скажете. За квоту, разумеется.
– Ян хитро улыбнулся. Волков вздохнул:

– И это еще не все, Ян. Мне он нужен к завтрашнему дню.

– Так, ну конечно, мы сделаем все... что? Владимир, ты хотел сказать - когда закончит Школу?

– Мне он нужен завтра, Ян.

– Но мы не... черт, ты просишь принять и выпустить парня с отличием за одни сутки?!

– Он же учился чему-то все это время? Полгода, так? Все равно, нам приходится переучивать этих салаг и вытирать им сопли, учить их азам и началам.

– Ты хочешь сказать, что моя Школа ничему не учит?

– Ян, без обид. Но один выход в патруль учит салагу большему, чем два года в твоей Школе.

– Это только потому, что у нас виртуальные симуляторы?! Да ты знаешь, что наши компьютеры дают картину реальности, почти не отличную от ...
– попробовал возмутится Ян, но адмирал перебил его:

– Оставим это. Я говорю правду и ты это знаешь.

– Но он же ничего не знает и...

– Если бы мне нужен был опытный пилот, я бы так тебе и сказал!
– проревел Волков: - Тебе нужны эти квоты, или нет?

– Черт, Владимир... ладно, я пойду против совести и своего прямого долга. Но когда ты его получишь - сделай все, чтобы он не сказал, севши в лужу, что его выпустила моя летная школа.

– Мы подтянем парня на месте, не беспокойся. Я лично это обещаю. Квота будет у тебя завтра.

– Что же... тогда видимо все. Пойду, отдам распоряжения насчет твоего терминга. Повезло парню. Что там за дела, а?

– Ради бога, не спрашивай меня ни о чем, Ян. Просто выполни мою просьбу.

– Конечно, Владимир. Приятно иметь с тобой дело.

– Передавай Саре привет. В следующий раз буду в Прайме - обязательно зайду.

– Ты только обещаешь, старый космический пройдоха.
– улыбнулся Ян с экрана.

– Конец связи.
– Волков покачал головой, потом поманил адъютанта к себе: - Мне нужен самый педагогичный сукин сын среди головорезов второй эскадрильи. И чтобы умел управлять своим корытом в ручном режиме, кого-нибудь из ветеранов.

– Будет сделано, сэр.
– адъютант уже знал, кому он состряпает эту работенку.

– И что ты теперь будешь делать?
– спросила Хлоя. Перси пожал плечами и уткнулся в свою выпивку. В этот ранний час бар был практически пуст. Возле стойки сидело двое любителей выпивки и о чем-то говорили бармену, то и дело указывая на экран голопроектора, крутивший последние новости. Бармен слушал их вполуха, в сотый раз протирая один и тот же стакан. Перси завороженно смотрел на его руки, пухлые ладони методично совершали одно и то же движение. Казалось, если уменьшить звук голо и замолчать, то можно будет услышать скрип белой салфетки о хрусталь. Скрип, скрип...

– Перси!

А?
– Перси оторвался от созерцания рук бармена и посмотрел на Хлою. Сегодня на ней не было кричащей красной кожи и тугих брюк. Она была одета как и все деловые люди в этом городе-муравейнике - строго и перспективно. Никаких легкомысленных кружев или двусмысленных вырезов, минимум косметики и максимум деловитости.

– Что ты будешь делать?
– повторила Хлоя, внимательно смотря ему в глаза.

– Не знаю, Хлоя, не знаю...
– Перси уставился в свой бокал с фирменным коктейлем. В светлой жидкости плавали два сердца, одно темно-вишневое, а другое абсолютно белое. Лед. Они медленно таяли, окрашивая напиток в причудливые тона.