– Вперед!
– 'Манты' наемников атаковали 'Гермес', как многочисленные злобные пираньи большую рыбину. 'Гермес' огрызался ракетами и вспышками лазерных излучателей и импульсных орудий. Но 'Манты' были слишком маневренны и слишком непредсказуемы для системы ПРО, а в кабинах сидели профессионалы. Попадания были скорее случайностью, чем результатом расчета, потому системы ПРО вели лихорадочный огонь, словно желая поскорее выпустить в пространство весь наличный боекомплект, повышая вероятность того, что кто-нибудь из наемников все-таки ошибется и наткнется на заряд. Заработали кормовые минометы, выплевывая лазерные мины и наносети, державшиеся всего несколько минут, но зато обеспечивающие защиту от ракетных атак с кормы. Однако никакие силы в мире не могли задержать или предотвратить попадание туннельных орудий. 'Манты' хладнокровно и неторопливо расстреливали 'Гермес', придавая большее значение собственной безопасности, чем желанию лишний раз выстрелить в противника. В результате жертв со стороны 'Драгунов' практически не было, только двое выбыли из строя - один в результате случайного попадания лазерного луча по касательной (отражающий слой выдержал, но отказало охлаждение и пришлось возвратиться на базу), а второй из-за отказа туннельного орудия. Крейсеру же пришлось туго.

– Попадание! Батарей ПРО на четвертом уровне! Не в состоянии произвести оценку!

– Вышла из строя системы подачи...

– Еще два попадания в систему охлаждения! Мы не в состоянии поддерживать температуру! Еще два контура разбрызгало!

– Падение давления! Магистраль Е - два-ноль прорвало! Отключить подачу геля!

– Ремонтная бригада в сектор Е!

– Цель на три часа, групповая... ракеты пошли...

– Пробоина в семьдесят втором! Медика и ремонтную бригаду! Отставить медика!

Если где-то сейчас и был ад, так это в реакторном отсеке, именно там, где проходила главная система охлаждения, там, куда раз за разом разряжали свои туннельные орудия летчики Марта Эдисона. Крысы в ремонтных комбинезонах лихорадочно перекрывали отверстия липким гелем и перенаправляли поток охлаждающей жидкости, борясь с возрастающей температурой реактора. Иклан, входящий в резервную бригаду, пытался перекрыть доступ уже горячей жидкости к возвратным резервуарам через пробитую магистраль, зажимая ее в тисках полимерного усилителя. Жидкость, просачивающаяся через микроскопические трещины, мгновенно вскипала в окружающем ввакуме, превращаясь в густой пар, мешающий видимости и затрудняющий работы. Иклан стиснул зубы и пережал магистраль, ощутив, как инструмент дрогнул в его руке. Это было довольно рискованно, труба в любой момент могла лопнуть и сверхтекучая жидкость с температурой свыше полутора тысячи градусов и с давлением в несколько атмосфер, мгновенно сожгла бы все вокруг. Но сейчас не было времени выбирать средства. Иклан довел рукоятку до конца, зафиксировал ее ступором и довольно хмыкнул.

Мамочка, это Иклан, я перекрыл эту долбанную магистраль. Давление снова в норме!

– ... твою мать!
– неразборчиво прозвучало в шлеме: - ... сюда!

– Где ты? Что там у вас?

Снова пробоина! Тащи сюда свою задницу! Нагнетатель второго уровня! Быстрей!
– Иклан понесся как на крыльях. Нагнетатель - это серьезно. У них в системе всего три нагнетателя. И если еще один выйдет из строя, то система охлаждения полетит к черту, а тогда придется глушить реактор. А тогда... тогда... впрочем лучше даже не думать об этом. Иклан пулей взлетел по лестнице и обнаружил, что Амбромахия вместе с Доржем держат рычаг полимерного усилителя, пытаясь закрепить края пробоины. В через края из пробоины брызгала охлаждающая жидкость, рядом с нагнетателем лежал какой-то бесформенный куль сине-красного тряпья и Иклан с запозданием понял, что это такое. Или вернее - кто.

– Что с ним?
– спросил он, мозг сбоил, а руки выполняли привычную работу, заливая пробоину клейким молекулярным гелем.

– Как ты думаешь, что с ним?
– проворчала Амбромахия, высвобождая одну руку, чтобы помочь Иклану: - он как раз на пути выстрела из туннельника оказался. Разорвало его нахрен, вот что.

– Ага... держите крепче...

– Край прихвати...

– Твою мать!!!
– вспыхнули искры и в нагнетателе появилась еще одна пробоина.

– Твою мать! Суки!
– Амбромахия бросила бесполезный теперь инструмент и с чувством выругалась. Из новой пробоины брызнула жидкость, давление стало стремительно падать.

– Давайте!
– Дорж вдруг навалился на пробоину, закрывая ее телом: - Перекрывайте магистраль и вырубайте нагнетатель, будем работать на двух оставшихся!

– С ума сошел, Дорж! Сейчас тебе комбез прожжет!

– Еще две минуты продержится! Ну, давайте скорей!

– Иклан - переключай! Давай...
– в этот момент опять брызнули искры и лежащего на нагнетателе Доржа буквально разнесло на части выстрелом из туннельного орудия. Металл поддался и на палубу хлынул поток раскаленной жидкости.

– Ну все...
– каким-то отстраненным голосом произнес Иклан, сглотнул и добавил: - звездец реактору.

Сандра Кэллахан только стискивала кулаки, глядя, как истребители расправляются с крейсером. Они играли с ними, как кошка с мышью, постепенно выводя из строя системы крейсера.

– Черт возьми, что там происходит с батареями ПРО! Почему они не ведут огонь?

– У нас не осталось батарей, мэм.
– ответил Атью, не оборачиваясь. Реактор на последнем издыхании, так что пришлось убрать энергию с подкачки лазеров и импульсных орудий.

– О, дьявол! Военной полиции - приготовиться к абордажу!

– Имперскому военному судну! Говорит Март Эдисон! У вас нет выбора, сдавайтесь. Сейчас на борт поднимется абордажная команда, любое сопротивление будет подавленно. Гарантируем защиту и обращение в рамках Великой Конвенции.
– Змей отжал лангрифон и уже по внутренней связи сказал: - 'Персей'! Он твой. Только аккуратно.

– Да нет проблем. Я выбрасываю десант.
– громада транспортника уже подошла довольно близко к крейсеру. На таком расстоянии крейсер мог бы разнести его в клочья в доли секунды. Если бы у него остались работающие орудия. Многочисленные люки открылись и в пространство высыпали космодесантники, напоминая не то муравьев, не то пчел, разлетающихся из улья. У каждого пятого десантника на поясе висела молекулярная пила, с помощью которой можно было вскрыть броню крейсера и проникнуть внутрь. Но подобные вещи как правило происходили очень редко - обычно десантники просто находили на поверхности судна какие-нибудь технологические лючки, пусковые шахты ракет, гнезда излучателей, двери шлюзов и ангаров, которые они вскрывали с помощью взрывчатки или программного взлома, а уже потом через эти отверстия десантники просачивались внутрь. Все было просто - в том случае, если они атаковали безоружный транспортник. Но у корабля военно-космических сил империи, пусть и потрепанного, все еще остались зубы. Малокалиберные орудия на корме открыли огонь и высокочастотным стаккато импульсных лучей буквально разорвали на части первый отряд десанта. Остальные рассредоточились в пространстве, не желая подставлять себя под огонь. Сработала наноловушка и еще трое десантников были просто-напросто разрезаны пополам сверхтонкой и сверхпрочной нанонитью.