Грустная улыбка тронула ее губы. — Проигравшие умрут, победители будут безраздельно править. Вот как это работает.

— Значит, Волкам крышка, ты это хочешь сказать? — Я не могу не сочувствовать Арчеру, Даксу и другим моим друзьям, которые были связаны с тем миром.

Я бы не пожелала им этой войны.

Ну, большинство из них.

— Если они этого заслуживают.

— Я думаю, сегодняшний день может указывать на тот факт, что они это делают.

— Некоторые из них. Не все — тухлые яйца, Эм. Тебе просто нужно найти гнилые и искоренить их.

— С каждым днем ты все больше напоминаешь принцессу мафии, Кэл.

Она просто пожимает плечами. — Либо так, либо я остаюсь такой же наивной, какой меня пытались сохранить, и иду по жизни, ничего по-настоящему не понимая.

— Ты сделала правильный выбор.

Она садится на корточки, ее взгляд скользит по моему лицу. — Итак, вы собираетесь убраться восвояси и позволить мне присоединиться к вам двоим или как?

— Девчачий секс втроем в ванне. О, если бы только мальчики могли видеть нас сейчас, — шутит Стелла, заставляя меня смеяться так, как я никогда не думала, что смогу снова рассмеяться всего несколько часов назад.

8

ТЕО

— Ты можешь идти, — бросаю я через плечо, направляясь вглубь своей квартиры, оставляя Алекса наблюдать за моей удаляющейся спиной. — Мне не нужна няня.

— Это не… я не… черт, — шипит он, следуя за мной в гостиную. — Что тебе нужно?

— Что мне нужно? — Я рявкаю, поворачиваюсь к нему и вхожу прямо в его пространство.

Он не отступает, хотя я этого и не ожидал. Это Алекс, и временами он тупой ублюдок.

— Что мне, черт возьми, нужно, так это чтобы ты ушел. Мне нужно поговорить с моим отцом, и мне нужно немного гребаного сна.

— Лжец, — заявляет он, его глаза не отрываются от моих, просто умоляя меня ударить его.

— Прошу прощения? — Спрашиваю я, мои брови почти достигают линии роста волос.

— Тебе не нужно ничего из этих гребаных вещей. Что тебе нужно, так это она.

Он подходит ко мне так близко, насмехаясь надо мной, что наши носы почти соприкасаются.

— Продолжай. Солги мне снова. Скажи мне, что это не она.

— Тебе нужно убраться с моих гребаных глаз, Деймос, — киплю я.

— Или что… — Его вопрос прерывается, поскольку весь воздух вырывается из его легких, когда мой кулак сталкивается с его ребрами. — Пизда, — рявкает он, быстро оправляясь и приближаясь ко мне.

Из-за недостатка сна и затяжных травм, полученных прошлой ночью, я не совсем в лучшей форме, и он опрокидывает меня на пол невероятно быстро.

Моя спина ударяется о дерево подо мной, и я изо всех сил пытаюсь отдышаться.

— Хорошо, хорошо, — уступаю я, поднимая руки в знак поражения.

— Собираешься уже признать это? — Спрашивает он, откидываясь на задницу и вытирая каплю крови, стекающую по его подбородку.

— Хрен тебе, я что-то признаю. Придурок.

— Просто позвони ей.

Мой ответ — не более чем ворчание, когда я заставляю свое тело подчиниться и встать на ноги, маршируя прямо на кухню и доставая бутылку водки из шкафа.

— Ты видел себя, брат?

Он не говорит ни слова, когда я спускаюсь в свою комнату и захлопываю за собой дверь.

Откручивая крышку с бутылки, я с ревом запускаю ее через комнату, хотя жалкий звон, который она издает, когда сталкивается с окном, мало успокаивает меня.

Поднося бутылку к губам, я пью содержимое до тех пор, пока жжение не становится слишком сильным и алкоголь не начинает согревать мой живот.

Черт возьми, мне это нужно.

Все, что угодно, лишь бы выкинуть из головы образы того, что эти ублюдки могли сделать с моей девочкой, пока держали ее взаперти в этой чертовой холодной камере.

Моя кровь сочится яростью и желанием пойти и перерезать несколько гребаных глоток за то, что они даже подумывают о том, чтобы забрать то, что принадлежит мне.

Мои разбитые костяшки горят, когда я засовываю руку в карман и достаю телефон.

Просматривая свои контакты, я останавливаюсь на Арчере гребаном Вульфе.

Мой палец зависает над его номером, моя потребность в ответе сжигает меня и вытесняет любое рациональное мышление прямо из моей головы.

Думай своей головой, сынок. Всегда. Не твоим сердцем. И никогда с гневом.

Продолжай. Думать. Своей. Блять. Головой.

Враги почувствуют твою слабость. Брешь в твоих доспехах.

Голос отца в моей голове звучит громче, чем обычно.

— ЧЕРТ, — рычу я, отчаянно пытаясь заглушить это, но также зная, что мне это нужно. Мне нужен этот маленький дьявол на моем плече, чтобы остановить меня от совершения глупостей. Что-то, из-за чего меня могут убить или, что еще хуже… ее.