— Здравствуйте, товарищи футболисты, — негромко поздоровался со всеми Романов.

— Здрасть… — недружно ответили они, а Малофеев, отклеившись от дальней стенки, добавил, — мы постараемся не подвести страну, товарищ председатель совета министров.

— Против датчан надо играть от обороны, — вдруг полез в дебри тактики Романов, — у них классная линия нападения и ещё более профессиональная полузащита, в открытом футболе они нас точно переиграют.

Самым смелым из наших спортсменов оказался Олег Блохин, это была его лебединая песня, скоро на покой, поэтому он ничего и не боялся.

— Товарищ Романов, — спокойно сказал он, — давайте мы будем заниматься своим делом, а вы своим…

Романов, против ожиданий, даже развеселился.

— Это вы очень верно заметили, Олег Владимирович — у нас в стране сплошь и рядом люди лезут в вопросы, в которых ничего не смыслят. Но сегодня у нас исключение из таких правил.

— Правда? — спросил Фёдор Черенков, который тоже ничего не боялся, но уже по другой причине, — и в чём оно выражается, это исключение?

— Охотно расскажу, — Романов уселся за столик главного тренера, достал из кармана сложенный лист бумаги, развернул его и продолжил, — в случае победы нашей команды над датчанами каждый футболист, принявший участие в матче, получит по десять тысяч рублей.

— Ничего себе, — присвистнул Заваров, — это ж Волгу купить можно.

— По госцене да, — поправил его Романов, — но вы же сами знаете, что в свободной продаже их у нас не бывает — но конкретно для вас будет. Но я ещё не закончил… за каждый забитый мяч тому, кто забил, полагается ещё пять тысяч рублей, а вратарю и защитникам, если отстоят на ноль, выплатят те же самые пять тысяч. И если победа будет с разницей в три и больше мячей, то ещё по пять тысяч каждому. Бонусная программа, как это называется в странах капитала, — пояснил он.

— А тренеру что-то будет? — подал голос от стенки Малофеев.

— Обязательно, Эдуард Васильевич, — заверил его Романов, — об этом отдельно поговорим.

— Всё здорово, Григорий Васильевич, — только и нашёл, что ответить, Блохин, — мы очень постараемся. А ещё, — добавил он после секундного колебания, — хорошо бы распространить такую программу на все последующие матчи сборной.

— Мы подумаем над этим, — ответил Романов, вставая со стула, — а на предмет игры от обороны вы всё-таки подумайте — у датчан очень сильный состав.

И он вернулся в правительственную ложу, где Щербицкий с Патиашвили сидели каждый с бокалом чего-то светло-коричневого, обсуждая предстоящую встречу.

— Мне тоже налейте, — сказал Романов перед началом беседы — ему плеснули коньяка Двин.

— А теперь рассказывай, как там настроение у наших? — попросил Щербицкий.

— Настроение бодрое, готовы порвать соперников на тряпки, — пошутил Романов, — а если серьёзно, тренера там надо бы поменять — Малофеев не тянет.

— На кого? — немедленно среагировал Патиашвили. — Ахалкаци был бы хорошим кандидатом.

— Лучше Лобановского никого не найдёте, — возразил Щербицкий, — только он результат даёт.

— Надо подумать, — серьёзно отвечал Романов, — сейчас всё равно перерыв в отборе наступает до осени, вот осенью и примем решение.

А тем временем трибуны встретили футболистов рёвом и аплодисментами — полностью стадион, конечно, заполнен не был, но 70-75 тысяч точно сидело на своих местах.

— И хорошо бы разрешить продажу пива во время матчей, — добавил Романов, — только не в стеклянной посуде. Хороший дополнительный доход принесло бы.

А судья тем временем дал стартовый свисток, и датчане немедленно ринулись в атаку. У них, кроме упомянутых Лаудрупа с Элькьяером выделялись ещё братья-близнецы Ольсены и какой-то Серен Лербю. Они передвигались очень быстро, передавали мяч очень точно и постоянно прорывались в дыры нашей защиты. За первые 15 минут Романов насчитал десять ударов по нашим воротам, причем семь пришлись в створ — ладно, что Дасаев был в форме и выручал пока.

— Даааа, — выдал сентенцию Щербицкий, — судя по такому началу, будет за счастье, если ничью сгоняем.

— А всё потому что Кипиани с Гуцаевым по позвали, — гнул свою линию Патиашвили.

— Нет, — отвечал им Романов, — всё потому что Россия не футбольная страна, полгода снег лежит, тренироваться только в зале можно. А в Англии, например, в январе самая футбольная пора.

А наши футболисты тем временем оправились от стартового натиска датчан и мяч у них хотя бы начал задерживаться. Заваров с Черенковым разыграли коротенькую стеночку, после чего случился первый удар по воротам соперника. Притихшие было трибуны встретили его дружным вздохом.