Большие глаза смотели сурово.

— И на Тревора тоже. На Тревора! Я знаю его всю жизнь. Как вы могли?

И вы знали... знали в воскресенье... весь день... что вы намерены сделать.

Вы пригласили меня с собой и знали, что скоро погубите всех нас. Я ненавижу вас.

Хилари сделала два широких шага, схватила ее за плечи и решительно встряхнула.

— Замолчи, бестолковая девчонка. Открой свои глупые глаза. Он сделал все это ради тебя.

Джосси рывком высвободилась.

— Что вы имеете в виду? — требовательно спросила она.

— Он не хотел, чтобы твой отец сел в тюрьму. Потому что он — твой отец. Он отправил туда других, но не хотел, чтобы арестовали твоего отца и Тревора Кинга. И поэтому предупредил их и дал время замести следы. Уничтожить улики. Документы и письменные свидетельства. — Она быстро оглянулась на меня. — Он говорил мне в субботу, что намерен рассказать твоему отцу, как много знает, и предложить сделку. Время, достаточно времени, если Финч согласится уничтожить следы и уехать, причинив тебе как можно меньше боли.

Время бежать до того, как придет полиция и конфискует его паспорт. Время, чтобы устроить свою жизнь наилучшим образом. И они заставили его заплатить за время, которое он подарил им. Он сполна расплатился за каждую секунду драгоценного времени... — она с безнадежным отвращением указала на стол и изрезанные салфетки, — ...страшными муками.

— Хилари, — запротестовал я. Но остановить Хилари Пинлок на полном скаку всегда было невозможно. Она с чувством сказала Джосси:

— Он способен вытерпеть многое, но слушать, как ты оскорбляешь его из-за всего, что он вынес ради тебя, — это, по-моему, слишком. Так что просто подумай хорошенько своими куриными мозгами и попроси у него прощения.

Я беспомощно покачал головой. Джосси стояла с открытым ртом, потрясенная до глубины души, потом перевела взгляд на стол, отказываясь верить.

— Отец никогда бы не сделал такого, — сказала она.

— Их было пятеро, — слабым голосом пояснил я. — В банде люди способны творить такие вещи, на которые они ни за что не решились бы в одиночку.

Она взглянула на меня затуманенными глазами. Потом резко повернулась на каблуках и вышла из комнаты.

— Она ужасно расстроена, — снисходительно заметила Хилари.

— Да.

— Ты в порядке?

— Нет.

Она нахмурилась.

— Я принесу тебе что-нибудь. В этом доме должен быть хотя бы аспирин.

— Сначала расскажи, — попросил я, — как ты здесь оказалась.

— О! Я волновалась. Я звонила тебе весь вечер. И сегодня рано утром.

У меня было предчувствие... Я решила, что не повредит, если я приеду и проверю, поэтому я отправилась к тебе в коттедж... но тебя, конечно, не застала. Я видела твою соседку, миссис Моррис, и она сказала, что ты не ночевал дома. Потом я заглянула к тебе в контору. Там был переполох, поскольку где-то под утро твой партнер увез кучу бумаг и ни один из вас не явился на работу.

— Сколько времени... — начал я.

— В конторе я побывала около половины десятого. — Она взглянула на свои часы. — Сейчас без четверти одиннадцать.

Четырнадцать часов, отстранение подумал я. Я пролежал здесь не меньше четырнадцати часов.

— Итак, я поехала к дому Финча, — продолжала она. — Я не без труда нашла дорогу, и когда приехала туда, там царила полная неразбериха. Люди не понимали, что происходит... а твоя девушка, Джосси, точно онемела. Я спросила ее, не видела ли она тебя. И сказала, что, по моему мнению, ты мог попасть в беду. Я спросила у нее, где живет Тревор Кинг. Я заставила ее поехать со мной, чтобы показать дорогу. Я пыталась объяснить ей, чем занимался ее отец и как он похитил тебя, но она не хотела верить.

— Нет.

— Ну, а потом мы приехали сюда и нашли тебя.

— Как вы попали в дом?

— Задняя дверь была широко открыта.

— Широко?..

Я внезапно ясно представил, как Тревор выходит на кухню, объясняя, что идет за деньгами. Идет открыть дверь. И дать мне крошечный шанс. Бедный Тревор.

— Конверт, который я дал тебе, — сказал я. — Со всеми фотокопиями.

Когда приедешь домой, ты сожжешь его?

— Если ты настаиваешь.

— М-м...

Вернулась Джосси и рухнула в красное кресло, неуклюже скрестив длиннющие ноги.

— Прошу прощения, — внезапно сказала она.

— Я тоже.

— Вы и в самом деле помогли ему, — сказала она.

Вмешалась Хилари:

— Делайте добро тем, кто бессовестно использует вас.

Я скосил глаза в ее сторону.

— Хватит об этом.

— О чем речь? — стала допытываться Джосси. Хилари покачала головой и с улыбкой отправилась на поиски аспирина. Бутазолидин, подумал я, пришелся бы сейчас весьма кстати. Теперь, посидев в кресле, я почувствовал себя намного лучше, но далеко не так хорошо, как хотелось бы.