Шрифт:
— Деда! — позвал Финч. — Ты где?
Лишь тишина в ответ. Даже напольные часы в углу не тикали. Маятник висел по центру с видом удачливого самоубийцы. Вероятно, дедушка забыл подтянуть гирьки, и часы остановились. Кресло, в котором дедушка обычно разбирал свою коллекцию почтовых марок с дирижаблями, пустовало, на нем лишь лежал аккуратно сложенный клетчатый плед. Рядом стоял круглый столик с радиофором, бронзовый рог которого угрюмо глядел в пол. Камин был закрыт решеткой и, судя по всему, вообще с утра не зажигался.
— Деда!
В кухне была та же картина: пусто, темно и мрачно. Дедушки не было и здесь. Печка погашена. Никакого обеда. Дедушка не мог не приготовить обед! Такого никогда не случалось. Он всегда говорил, что пропускать обед вредно для душевного равновесия. Неужели он так давно ушел?
«Но он ведь не ушел, — напомнил себе мальчик. — Его одежда — на вешалке!»
Неприятные подозрения Финча окрепли, когда он вошел в коридор. Дверь дедушкиной комнаты была приоткрыта. Мальчик испуганно направился прямо к ней.
— Деда?
Финч толкнул дверь и сразу же понял, почему в квартире так холодно.
Окно в комнате дедушки было распахнуто настежь. Снег залетал в него и падал на ковер. У подоконника сгрудился уже довольно приличный сугроб.
«Почему окно открыто?»
Кровать дедушки была застелена. Самого его в спальне не оказалось.
Финч пересек комнату и поспешил закрыть окно. Он взялся за ручку и уже потянул было створку на себя, когда увидел вдруг кое-что странное. На карнизе с той стороны окна в снегу отпечатался след башмака. След вел из квартиры.
Финч сперва даже не понял, что видит. Все это казалось просто абсурдным. Кому нужно выходить через окно на пятом этаже? Да и зачем?..
Мальчик вздрогнул от собственной ужасной догадки. Он перегнулся через подоконник и выглянул в окно. Внизу не было ничего необычного. Задний двор, огороженный ветхой кирпичной стеной. Разбитый фонарь на столбе. Сугробы, протоптанная дорожка от калитки, ведущая к черному ходу в дом, да развалюха-дирижабль «Дженни», из трубы которой поднимался одинокий дымок; единственный очищенный от снега иллюминатор горел теплым рыжим светом: мистер Хэмм был дома.
И никакого следа под окнами. Никаких занесенных снегом очертаний лежащего внизу дедушки.
Финч с облегчением вздохнул и пообещал себе спросить у дедушки, что это за странный след и почему окно открыто, — только бы его найти сперва.
Он закрыл окно, задвинул щеколду и направился к выходу из спальни, но не успел сделать и двух шагов, как вдруг увидел то, что заставило его встать на месте.
Дверца большого и тяжелого, как сотня беспокойных сердец, гардероба дедушки, которая всегда была заперта, — именно та, за которой должны были храниться носы любопытных детей, сейчас была открыта!
Финч впервые увидел содержимое шкафа. На вешалках висели старые костюмы: черный фрак, шинель, которую дедушка надевал в самые лютые морозы, багровая военная форма. Внутренние ящики были выдвинуты, как будто кто-то в спешке что-то доставал из них или искал там что-то.
Финч подошел и заглянул внутрь — все они были пусты. Мальчик задвинул ящики один за другим. И вдруг услышал, как в нижнем что-то перекатилось и глухо стукнулось о заднюю стенку. Он вновь открыл его и обнаружил на дне изогнутый бронзовый рычажок с черной резной ручкой на конце. На ручке было выгравировано: «Штейн и Фонни». С разочарованием Финч понял, что это всего лишь запасная ручка для завода радиофора из гостиной. «Штейн и Фонни» — так называлась фабрика, выпускающая механизмы для прослушивания радиопередач.
Финч вернул ручку на место, задвинул ящик и вышел из комнаты. Ничего не понимая, он заглянул в свою спальню — там на кровати лежала книжка «Семнадцать мертвых кукол», которую дедушка взял для него в библиотеке и которую Финч читал перед сном.
Это было уже совсем не смешно.
Он обыскал всю квартиру. Заглянул даже в чулан в прихожей. По всем признакам дедушка просто не мог не быть дома, но все дело как раз заключалось в том, что его там не было.
Вывод напрашивался неутешительный: дедушка пропал.
Глава 2. Рыбий хвост, фотокарточка и гадкий обман
Старые лестницы в старых домах между собой похожи, и в то же время в каждой из них есть что-то свое, уникальное. Вот и лестница в доме № 17 на улице Трум, как две капли, походила на прочие лестницы в других домах, но в ней все же ощущалось что-то исключительно странное и необычное.
Если приглядеться, на некоторых ступенях можно было различить полустертые следы башмаков — черные, как будто выжженные (миссис Поуп никак не могла их оттереть), еще на каждом пролете на стене висели сломанные часы с погнутыми стрелками — зачем они тут и кто их сломал, Финч не знал, но дедушка говорил, что это случилось в тот момент, когда старый домовладелец покинул дом. А еще здесь висел запах — очень странный сладковатый запах, но что его издает, мальчик так и не выяснил, хоть не один раз, вооружившись собственным носом и твердой уверенностью раскрыть тайну непонятного запаха, исследовал всю лестницу вдоль и поперек.