— Это навет! — возмутился собеседник и встал, изображая крайнюю степень ярости. — Вон из моего кабинета!

Он специально меня провоцирует, чтобы я из кабинета не ушел? После такого, стоит подчиниться, не останется и шанса на решение данного вопроса дипломатическим путем. Тогда у меня есть только один единственный верный вариант.

— О! — удивился я. — Как Вы заговорили. У меня тут много разной информации. — помахал папками. — После обнародования, боюсь, что Вы не доживете до рассвета. Готовы лишиться всего? Ладно сами, Ваша семья пойдет по миру.

Шантаж мой верный друг. Почему никто не понимает с первого раза, когда пытаюсь договориться? Обязательно надо устроить целый спектакль. Не понимаю.

— Это угроза? — зло бросил мужчина.

— Нет. — хмыкнул в ответ. — Констатация факта. Ладно, не стоит Вас более беспокоить. Прощайте, мы с Вами вряд ли еще увидимся. Удачи.

Я развернулся и пошел на выход. Если вдруг не согласится, пойду к другому представителю. Нет, сотру их с лица земли и создам своих Верных. Тоже мне загадка века. Уж решать подобные задачки я научился еще в школе.

— Постойте. — глухо произнес премьер. — Чего Вы хотите?

Я повернулся, и улыбка наползла на лицо. Прекрасно! Он купился на мой блеф. Не думаю, что разборки с этими людьми прошли бы легко и быстро. Конечно, в итоге, убрал бы всех. Однако, тут ключевое слово: время. Хочется закрыть вопрос максимально быстро.

— Вот! — поднял я палец вверх и вернулся на стул. — Наконец-то конструктивный диалог. Слушайте внимательно. — толкнул к нему папку с законом. — Это принимают на ближайшем сходе. Так же, ваша шайка перестает пилить бюджет. Да-да, я знаю, сколько приворовываете. Не вопрос, пятнадцать-двадцать процентов забирайте, остальное в дело.

Он смотрел исподлобья. Ожидаемо. Мои требования далеко не ласковые. Судя по документам, половина бюджета оседала в карманах. Ничего, я научу Вас строем обедать. Воруйте в меру. Конечно, наверняка, докрутят до тридцати процентов, но к подобному я был готов. Пусть лучше так, но система работает, чем хромает на обе ноги.

— Зачем мы Вам? — тихо поинтересовался мужчина.

— Новую структуру сложно создать и не быстро, хоть и возможно. — кивнул я ему. — Вы уже существуете. Вопрос лишь в том, на кого работаете. Хотите, на себя и не долго. В противном случае, я ваш господин и мои приказы абсолютны. Решайте.

Он замолчал. Ничего удивительного, у меня тут в папке столько всего сладкого и интересного. Конечно, я не планирую это обнародовать, можно просто поговорить с ключевыми фигурами. Правда, сейчас у меня есть более удачный вариант. Я приручу Верных и буду спокойно пользоваться их услугами. Тридцать процентов бюджета? Копейки за повиновение.

— Вы тоже не бессмертны. — выдавил собеседник.

— Ого! — восхитился я пассажем. — Опустились до прямых угроз? Это даже не смешно. Ваша агония видна в словах. Крыть Вам нечем. Готовы сотрудничать на моих условиях?

Он бросил на меня свой злой взгляд. Ничего, родной, склонишь ты голову. Своя жизнь для тебя гораздо важнее, чем желание проиграть все в игре. Эх, почему не получается по-другому? Почему просто нельзя договориться? Я же пришел изначально решить свой вопрос и не полез бы в эту историю с «избранными» без мотивации.

— Да. — глухо прошептал премьер. — Однако, сход на днях, мы не успеем согласовать этот закон.

— Мне плевать. — я раскинулся на стуле и положил ногу на ногу, все, я хозяин положения. — Я не спрашивал, сможете или нет. Я сказал: Вы выполнили. Как? Меня мало волнует.

Относиться к ним, как к партнерам я не собираюсь. Они мои комнатные собачки. Раздавая животным свои указания никто не спрашивает их мнения. Я в том числе. Это не моя проблема, пусть сами решают подобные вопросы. Заодно и работать научаться в жестких условиях. А то привыкли продавать холодильники в теплые страны с доступной энергией, попробуйте их слить на север, где холодно и нет электричества.

— Понял. — зубы скрипнули так, что даже на улице бы услышали. — Еще есть пожелания?

— Конечно. — обрадовался я. — Тут такой интересный момент с нападением на деревни выяснился. Смотрите.

Я открыл записи сына графа. Ловкачи. Все переговоры вели через детей. Сами не встречались, уличить не в чем. Видимо, я нашел в кустах рояль, когда решил заняться молодой порослью знати. Горонт был посредником в данных вещах и гарантом.

— О чем Вы говорите? — возмутился собеседник, однако, лицо побледнело, а на лбу выступила испарина.

— Как же, — покачал я головой и уткнулся в папку. — товары хранились на складах в графствах…

— Я все понял. — перебил меня министр. — Что нам делать с этими вещами?