— Господин. — к нам подошел капитан моей гвардии. — Дворец полностью под нашим контролем. Караулы на месте. Прислуга уже освобождена и готовит нам королевский ужин.

— Вот и замечательно. — кивнул я. — Обязательно, выделите одного из задержанных, пусть попробует каждое блюдо, чтобы не было отравлено.

А ведь я только что пренебрёг этим правилом и сам расслабился за столом. Сказывается усталость от последних дней? Пора снова все брать под тотальный контроль. Страшно не за себя. Опасно потерять людей, которые пошли за мной.

— Понял. — кивнул он улыбаясь. — Разрешите отбыть?

— Да. — отвернулся я от слуги.

Этот вопрос закрыт. Прекрасно! Теперь надо отбить нападения, если они будут и решить вопрос с коронацией: разослать приглашения, закупить продукты. Все эти рокировки на троне не должны коснуться обычных людей. Значит, завтра встретимся с кабинетом министров, запрошу отчеты и расставлю в их вотчинах верных людей. Не хватало еще проблем в работе аппарата правительства.

— Проводишь меня? — спросил граф.

— Пойдем. — я легко вскочил на ноги.

Еда уже успела улечься и тело требовало работы. Привычка тренировок никуда не делись. Сейчас отправлю его спать и пойду погоняю девчонок. Нечего расслабляться. Совсем разбаловались. Стоило нам спуститься в подвал, я сразу заметил, что тут никто ничего толком не проверял.

— Командир, — обратил на себя внимание семибуквенный. — смотри. Вот тут есть проход. Если поднести руку к кладке, чувствуешь ветерок?

— Да. — констатировал я, удерживая ладонь у едва заметной щели.

И то, если приглядеться. Тут еще темно, светильники тусклые. Собственно, это место должно ломать людей, а не давать им отдыхать. Дойдя до конца, Налг показал еще один проход. Надо будет и тут расставить наряды. Как бы невзначай, охраняющие бывшего будущего короля.

— Спасибо, что показал. — выразил я благодарность даже в голосе. — Это сильно облегчает задачи.

— Как можно иначе? — удивился собеседник.

А ведь совсем недавно я подозревал его в предательстве. В какой-то момент я даже испытал жгучий стыд за свои мысли. Опять же, слов из книги не выкинешь. Что было то было. Отказываться от этих подозрений я все равно не буду — не смогу.

— Ты куда хочешь? — оглядел я ровный ряд дверей. — Скажи, мы хоть обустроим у тебя приличные покои. Еду принесем и все такое. Я бы вообще не закрывал решетку, захочешь — выйдешь.

— Так не получится. — покачал он головой. — Ты всегда серьезно подходил к задумкам, командир. Давай делать все, как полагается. Посади меня туда и не забудь поставить охрану.

Я лишь покачал бестолковой. Прав он. Почему я решил, что его нахождение в камере со свободным выходом что-то решит? Все должно быть максимально натурально. Я расслабился. Это связанно с тем, что вопрос с Десяткой я не воспринимаю серьезно. Налг же наоборот — старается все учесть, чтобы провести игру без ошибок.

— Хорошо. — я взял себя в руки и стал серьезным. — Пойдем, я тебя запру и пришлю людей.

Проводив парня до места назначения, я разбавил его обустройство небольшой беседой. Девушки заскучали и отправились на выход. Ну и хорошо. Мне так будет лучше. Уже оставляя друга одного, я заметил какое-то подозрительное движение и тут же врубил сканер. Твою мать! В одной из камер сидел человек.

— Кто такой будешь? — подошел я к клетке и чуть не отшатнулся.

Изменения кардинальны! Раньше он был больше. Вообще, в этом лохматом существе я бы не признал старого знакомого. Если бы не брошенный на меня злой взгляд, то вообще бы не догадался. Однако, надо понимать, что он слышал весь наш диалог и я не могу его оставить в живых: слишком много поставлено на карту.

— Ну привет. — помахал я ему рукой.

В ответ лишь получил кривую усмешку. Думая о том, как он тут умудрился очутиться меня посетила страшная догадка. Да неужели?

Я смотрел на бывшего стражника. Гон. Его я встретил, когда первый раз посетил столицу. Он же мешал мне и потом. Жалости к нему я не испытывал.

— За что тебя? — так и не получив ответа, я решил продолжить свой монолог.

В ответ он просто зло смотрел, не удостоив меня ответом. Что ж, я и так могу предположить. За отравление моего отца. Предателей не любит никто. С ним рассчитались по счетам, а спустя время кинули в темницу. Рука сама потянулась к оружию на портупеи.

— Так и будешь молчать? — решил я задать еще один вопрос.

Мой собеседник встал, подошел к клетке и открыл свой рот. Твою же мать! Он не сможет мне ответить даже если захочет! Отпускаю ручку и иду на выход. Меня сейчас волновал один вопрос. В какой момент я стал настолько безжалостным, что готов просто так, для перестраховки, убивать людей на право и на лево? Неужто, прикрываясь благородным «ради жизни дорогих людей», я превращаюсь в монстра?