Саня раскинул пришедшие в голову варианты. Вариантов то виделось немного — либо ждать, когда кто-нибудь из жителей пройдёт, а Саня следом зайдёт в подъезд вместе с ним. Либо же подбирать верную кодовую комбинацию методом научного тыка, что займёт определенное время.

Ну или либо…

Пельмень огляделся, дабы удостовериться, что за ним никто не наблюдает. Взялся за ручку как следует. Ну и дернул на себя со всей своей немалой дури. В случае с современными домофонами метод работал исправно — магнит, который удерживал дверь в закрытом положении, попросту срывало ко всем чертям. Главное — как следует дернуть. Здесь же никакого магнита не имелось, зато вполне можно было вырвать с мясом трухлявое дерево. И даже если выдержит сам замок — дверное полотно точно отправится в утиль.

Однако дверь зараза оказалась на удивление живучей. В том, что у Сани хватало дури — в этом не было никаких сомнений, но все чего удалось добиться — покрошившейся штукатурки сверху.

Вот блин.

Саня нехотя отступил на шаг. Огляделся снова, как бы понимая, что занимается не совсем законными делишками, а Лёха Грузовик просил его не светится по крайней мере на время. Однако незадача — мобильника у Сани не имелось, набрать Светке и попросить ее назвать код, так это не выйдет. Поорать — чтобы Светка высунула жало из окна, тоже не прокатит, музыка слишком громкая. Ждать чего либо или кого-либо Саня тоже не мог — чертов конный возбудитель вновь начал проявлять себя после незначительной физической активности. И визуализация бородавки Грузовика не особо помогала. Поэтому единственное решение, которое посетило голову Пельменя в следующий миг — дернуть хорошенечко дверь ещё раз. Со второго то раза точно должно было получиться.

Ладонь опять легла на ручку двери, сжалась в кулак. Саня переступил с ноги на ногу, сухо кашлянул. Взял упор, упершись ногой в стена. Ну и как следует рванул дверь на себя. На этот раз дверь, как гнилой зуб, цеплявшийся из всех сил остатками корней за десну, поддалась. Ну и как часто бывает с теми самыми гнилыми зубами, попросту развалилась в руках пополам.

В труху.

Дверная ручка осталась в одной руке, вместе с половиной двери, на которой крепился кодовый замок. А вторая половина осталась одиноко висеть на петлях.

Все бы ничего, но свидетелем произошедшего стал старик, застывший прямо на пороге. Ровно перед носом которого дверь собственно и развалилась…

— Ты что такое творишь, падлюка этакая?!

Лицо старика от изумления вытянулось.

— Эм… случайненько вышло, дедуль, — попытался оправдаться Пельмень. Старый человек как никак, уважаемый — сходу вот так на хер посылать — не с руки. — Хотел дверь открыть и малость силы не рассчитал.

— Я тебе по роже как дам, не рассчитал он силы!

Дед замахнулся своей палкой, о которой опирался при ходьбе, и Сане понадобилась вся прыть, чтобы увернуться от этого коварного удара.

Увернулся.

Костыль въехал по стене, осыпав очередную порцию штукатурки. Дед заверещал благим матом, а Пельмень просочился внутрь подъезда.

Скорее, быстрее — в лифт.

Дед отступать тоже не собирался — заковылял следом, прихрамывая на одну ногу:

— А ну стоять, паразит, — он вложил в рот пальцы и оглушительно свистнул. — Остановись!

— Я не причём, чесслово! — Пельмень завалился в кабину лифта и нажал на восьмой этаж.

Дверцы начали медленно закрываться. И будь дедуля хоть малость порасторопнее, Саню бы он непременно догнал. Однако, старость — не радость, как известно. Все, что удалось старику — съездить как следует своей палкой по дверцам лифта…

Вышло конечно совершенно нехорошо, да ещё и старому человеку нервы потрепало, ну как есть…

Лифт медленно и словно бы нехотя поднимался к точке своего назначения, а Саня вновь начал медленно «перекатываться» с пятки на носок и обратно. От нетерпячки в смысле. Ну а дед принялся стучать кулаком в дверцы.

Ну сорян, старый, вышло как вышло.

С этажом Саня не промахнулся, хоть и жал наугад.

Восьмой таки.

Квартира за искомым номером «35» находилась в коридоре с облупленными и исписанными художествами стенами. Саня даже прочитал целый отрывок из произведения:

РЕП гавно,

ПОПСА пораша

ПАНКИ ХОЙ

ПОБЕДА НАША!

Понятно.

«Мастер» кстати хорошо постарался, увековечивая свой «труд» — выцарапано было так, что продиралось через побелку к самому бетону несущей стены.

В остальном — кругом побелка вытерта, краска стоит дыбом и крошится где только можно, какие-то невнятный желтые разводы в уголку. Так-то самый обыкновенный подъезд образца девяностых.