Остаток вечера папа был занят приятной суматохой, связанной с предстоящей поездкой в санаторий. Он без конца созванивался с сестрой, обсуждая бронь билетов и подбирая для нее удобное время вылета. К их обоюдной радости, в предновогодней суматохе удалось найти билеты по очень даже приемлемой цене.

Поразительно, но тетя Лена почти сразу дала свое согласие. Посетовала, что несколько лет без отпуска трудилась лаборантом в медицинском колледже, и теперь с чистой совестью собирается отгулять все, что ей положено. Решила еще пару недель погостить у нас после новогодних каникул.

Увы, я не могла с полной отдачей порадоваться воссоединению семьи. С той злополучной алгебры находилась, будто в прострации. Это было до смешного глупо, но я ничего не могла с собой поделать. В голове перепутались все мысли, а в ушах все еще звучал его низкий обеспокоенный голос.

Предложенная помощь. От которой в лучших традициях маленьких капризных девочек я отказалась, и теперь вынуждена была довольствоваться тройбаном в четверти. Памятуя об особой «любви» Злюковны ко мне, готова была поклясться, так оно и будет.

– Ребенок, точно не хочешь с нами в «Тихую гавань»? – отец указал на красочную листовку в его руке. – Я узнал, в один из номеров можно заказать дополнительную кровать. И питание там трехразовое. Фитобар. Уголок здоровья… – снова завел старую шарманку.

Я скорчила гримасу.

– Ну, пап…

Вздохнув, он прервался на очередной звонок сестры: на этот раз они принялись обсуждать трансфер из аэропорта до санатория, а я, под шумок, удалилась в спальню.

Утро в школе началось с заразительной улыбки Ксю. Рыжеволосая одноклассница, наконец, справилась со своим недугом, вернувшись к занятиям. А вот Марина явно хандрила – написала, что проспала, и придет к третьему уроку, но так и не пришла…

Внутреннее чутье подсказывало, после злополучной вечеринки с ней явно творится что-то неладное, однако одноклассница не спешила впускать меня в свою душу.

Хотя не мне ее судить – сама ведь не рассказывала девчонкам о наболевшем. Только Полька и знала, каким провалом с последующим унижением для меня обернулось «легендарное» свидание с альфачом.

Пока я повторяла основные тезисы заданного на дом параграфа по биологии, Ксюша вернулась из учительской, протягивая Елене Михайловне журнал. Присоединившись ко мне, она также открыла учебник, аккуратно раскладывая письменные принадлежности.

– Не представляешь, какую драму я сейчас наблюдала… – заговорщически понизив голос, сообщила подруга.

– Что случилось? – я перелистнула страничку.

– Воронов ругался с директрисой! Угрожал ей. Прикинь? А она орала, как мандрагора. Я поэтому и задержалась «погреть уши». Думаю, кто там такой борзый?

Резко захлопнув учебник, я сосредоточилась на ее лице с милыми, будто нарисованными акварелью, конопушками.

– Угрожал? – сухо сглотнула.

– Угу. Требовал вернуть документы и отпустить его с миром.

– Просто вернуть документы? И все? – переспросила заторможено.

– Ну, не совсем. Он там много чего говорил… Что-то про то, что не может больше здесь находиться, и, если она не отдаст ему доки, натравит на школу проверку из департамента образования. Впервые видела, чтобы кто-то так грубо общался с Терехиной… – прикрыв рот ладошкой, Ксю тихонечко присвистнула.

– А она что?

– Уперлась рогом. Типа, сперва, ему надо проставить оценки за вторую четверть. Подчистить хвосты по химии. Дмитрий Сергеевич отказался его аттестовывать. Ну, не цирк ли?

– И чем все закончилось? – я окончательно сникла.

– А как ты думаешь? Вылетел злющий, как черт. Чуть не сшиб меня с ног. Еще и покрыл трехэтажным матом! – фыркнула Ксю, исподтишка наблюдая за Еленой Михайловной, которая уже успела сообщить классу тему урока.

В этот момент источник всех моих проблем, хлопнув дверью, залетел в класс. Ожидала, что учитель сделает ему замечание за опоздание… Но биологичка лишь опасливо покосилась в его сторону, продолжив вещать о пестиках и тычинках.

Я почувствовала небольшое облегчение, когда, даже не глядя на меня, так сказать, не нарушая традиций империи, Воронов уселся на галерке.

После посещения столовой и библиотеки, я мысленно готовилась к нелюбимой части школьного расписания: уроку алгебры.

В глубине души в очередной раз сокрушалась, как мне, гуманитарию, не повезло попасть в математический класс, с двумя дополнительными часами тригонометрии в неделю. Жаль, свободные места были только в «А». Вот ведь «подфартило».