— Я не умею, — прошептала Рубин.

— В пах бить? — не понял дер. — Тут особые таланты не нужны. Замахиваешься со всей силы и наносишь удар. А потом сразу убегаешь, ибо мужики от этого свирепеют. Ты что, только среди деров крутишься? Или с простого народа деньги вымогать — это не твой уровень?

Рубин прищурилась и побагровела от злости. Хотелось что-нибудь хлесткое сказать, но улыбающееся лицо Ериона тут же отвлекло от правильных мыслей.

— Я жду, — произнес он.

— Чего ждешь? — не поняла Рубин.

— Фразы, которой ты собираешься мне ответить.

— Я примеряюсь к твоему паху, — Рубин опустила глаза к своей мнимой цели.

— Потренируешься на ком-нибудь другом, — он обхватил ее за плечи и повел к конюшне. — Лошадей нам сейчас сменят. Гонец, что согласился передать твое письмо, тоже нашелся. Я предупредил, что на заставе нет людей. Объяснять, что случилось, не стал. Но даже за эту информацию пришлось два лишних седоула приплатить, чтобы воодушевить добровольца нам помочь.

— И где гарантии, что твой гонец вообще письмо повезет? Может, поскачет по окрестностям и довольный заработком домой вернется.

— Мы все равно об этом позже узнаем. И тогда ему конец. Инайя — не Турем. Здесь за нарушения устного договора можно смертную казнь схлопотать.

— И лишиться языка за клевету, — добавила Рубин, но руки Ериона со своего плеча не убрала.

Наоборот, прижалась к нему сильнее, пока шла. С ним спокойней. И теплее.

— В Туреме языки режут почаще, чем здесь.

— Кто тебе такое сказал? — удивилась Рубин.

Ерион ничего не ответил, только тяжело вздохнул.

***

Пообедав в местной таверне, они снова отправились в путь. Спустя пару часов холмы сменились крутыми подъемами и резкими спусками горных дорог. Быстро ехать при всем желании возможности не было, и они почти плелись друг за другом.

— Ерион, мы до заката успеем? — спросила Рубин, глядя на диск белого солнца, плавно спускающийся за вершины гор.

— Должны, — уклончиво ответил он, чем вселил в нее страх.

Рубин ерзала в седле и надеялась, что они доедут до ущелья Гразоль раньше, чем она обмочит ноги. Но сейчас… Стало невмоготу!

— Ерион, я хочу в кусты! — взмолилась Рубин.

— Пить по дороге надо было меньше, — сделал замечание он. — Целую флягу воды в себя влила!

Не смотря на свой укоризненный тон, он все же остановился и спешился. Рубин с облегчением вздохнула, приметив подходящие кусты слева на склоне дороги.

Ерион помог ей слезть с лошади и взял ретивую кобылку под уздцы.

— Я быстро, — пообещала Рубин и нырнула в кустарник.

Чувствуя накатившее облегчение, она благоговейно уставилась в небо, на котором появились зарницы. Шипение под самым боком заставило ее замереть. Рубин повернула голову и увидела серую змею, застывшую в разинутой пастью в полуметре от нее.

— Ты долго там еще? — прокричал со стороны Ерион.

— Змея, — прошептала Рубин, стараясь не шевелиться.

— Что? — не расслышал Ерион.

— Змея! — пропищала Рубин, щурясь от напряжения.

Серая тварь отклонилась назад перед прыжком и резко кинулась на Рубин. Зубы угодили в плотную ткань юбки. Рубин подскочила и завизжала, пытаясь сбросить с платья эту извивающуюся мерзость. Нога соскользнула в сторону. Послышался хруст. Земля ушла из-под ног, разваливаясь на куски и камнями скатываясь по крутому склону. Рубин кубарем полетела следом, срывая голос в беспомощном крике.

Змея осталась где-то позади, а Рубин продолжала скользить на юбке по сухой траве и щебню. Спину раздирало в кровь, на пятой точке живого места не осталось. Голос пропал. Впереди обрыв. «Неужели на этом все?» — успела пронестись мысль в голове перед тем, как Рубин сорвалась в него и полетела вниз.

— Руби-и-ин! — услышала она ор где-то вдалеке.

Голос Ериона отразился от скал и эхом загомонил в шуме ветра, поднимающего юбку ее платья вверх. Рубин закрыла глаза, готовясь к падению. Лишь один миг боли — и все будет кончено.

Боль действительно была жуткой. Но холод воды, в которую она упала с огромной высоты, оказался страшнее. Из груди Рубин разом выбило весь воздух и его пузыри устремились куда-то вверх.

Рубин зависла, не в силах пошевелиться и начать плыть. Не разбилась насмерть, так утонет…

Кто-то подхватил ее за талию и потянул вверх. Принцесса открыла глаза и сквозь воду увидела лицо Ериона. До поверхности еще так далеко, а она уже готова глотать воду, чтобы задышать.

Ерион, будто уловив ее мысли, припал к ее губам. Рубин с жадностью распахнула их, делая живительный вдох. Ерион отстранился, продолжая тянуть ее на поверхность.