Шрифт:
Так, что слюни капают. И болт стоит торчком. Юлька наверняка его чувствует. На коленях же сидит. К тому же моя рука, незаметно для меня самого, сползла на ее бедро. Одна. А вторая, наоборот, сжимает ребра где-то на подступах к груди… И все это без моего ведома!
Вот почему Юлька снова начала дрожать…
— Еще шампанского? — предлагаю я.
— Давай!
— Уверена?
— А что? Тебе жалко?
— Нисколько.
Я нехотя поднимаю ее со своих коленей. Она сразу отскакивает от меня метра на три. Я иду к холодильнику, достаю бутылку, открываю. Хлопок. Немного пены. Пузырящаяся жидкость льется в бокалы.
А Кошка потихоньку возвращается ко мне…
Такое ощущение, как будто этого котенка кто-то тащит за шкирку. А он изо всех сил сопротивляется. Но все равно оказывается рядом со мной.
Ну да. Она же решила, что ей надо срочно избавиться от девственности. До ее дня рождения осталось десять дней. А друзья-фрилансеры, видимо, не прошли конкурсный отбор. Что вполне понятно.
Поэтому она выбрала меня.
Но, мля… Мне все это не нравится. Это должно быть не так!
Я хочу, чтобы она меня хотела, а не боялась. И она хотела! Когда прямой опасности не было. Но сейчас, когда мы наедине, и до спальни, на дверь которой Кошка время от времени поглядывает с ужасом, рукой подать… от ее желания не осталось и следа.
Юлька пьет шампанское. Я наливаю еще. Она снова пьет. Как будто хочет отключиться и ничего не чувствовать.
Вот дурочка!
Не так все это страшно, как ей кажется. Интересно, кто ее так напугал?
Юлька отставляет пустой бокал.
Смотрит на меня с испуганной решимостью. И кладет руки мне на плечи. Потом они соскальзывают ниже, и она начинает расстегивать мою рубашку. У нее не получается, пальцы запутываются в пуговицах, она недовольно шипит.
Так… Похоже, начинается главное испытание.
Я поднимаю ее на руки и несу в кровать.
Опускаю на подушки, падаю рядом.
Как только Юлька оказывается в горизонтальном положении, ее глаза закрываются. Ее просто вырубает. Что неудивительно после такого количества шампанского. Но она упорно таращит их и прижимается ко мне.
— А когда мы будем…
— Сейчас, немного поспим, и начнем, — отвечаю я.
Не в силах сдержать нервный смех.
У меня сейчас точно будет истерика! Потому что ситуация за гранью. Девушка, от которой я без ума, в моей постели. Готова ко всему.
А я не могу себе позволить ничего… Вообще ничего. Потому что все будет неправильно.
— Я хочу тебя, — шепчет Кошка.
И начинает расстегивать мои брюки.
Мля…
Я, конечно, благородный рыцарь и не обижаю испуганных пьяных котят. Но, блин…
Я не железный!
30
Кошка возится с молнией на моих штанах. А я… Чувствую, как внутри сжимается тугая горячая пружина. Одно касание — и я сорвусь.
Если ее пальчики сейчас все же расстегнут молнию и я почувствую их на своем члене — все. Меня уже ничто не удержит. Я трахну этого испуганного пьяного котенка.
— Не торопись.
Убираю ее руки из взрывоопасной зоны.
— Я хочу просто сделать это, — упрямо бормочет Кошка. — И все.
Звучит так, как будто она говорит о какой-то неприятной медицинской процедуре. Которую хочется побыстрее пройти и забыть.
Да… в голове у моей девушки живут жирные отборные тараканы.
Ничего. Выведем.
Я переворачиваю ее на спину и нависаю сверху. Забрасываю ее руки за голову и удерживаю их своими — чтобы не шалила. Целую сладкие, пахнущие шампанским губы. Какие они мягкие и нежные… Как розовые лепестки. Она вся — как закрытый бутон.
Который я дико хочу открыть… лепесток за лепестком.
Так. Спокойно. Вдох-выдох.
— Ты так классно целуешься, — слышу удивленный шепот Юльки.
— Ты тоже, — шепчу в ответ.
— Я? — еще больше удивляется она. — У меня голова кружится. И ты кружишься. И все кружится…
— Пить надо меньше.
— Мне так стыдно, — бормочет Юлька. — Что ты обо мне подумаешь?
— Я подумаю, что ты трусливый маленький котенок.
— Я?
В темноте вижу, как она таращится на меня своими огромными глазищами. Они все еще испуганные. И ошарашенные.
А ее губы…
Я впиваюсь в них, совершенно теряя голову. Сминаю эти розовые лепестки, покусываю их, врываюсь языком в горячую сердцевину.
Чувствую, как по телу проходят волны желания и — отзываются в теле Кошки. Она прижимается ко мне, я вдавливаю ее в матрас, мы движемся в одном темпе и дышим в одном ритме.