И все. Больше никаких признаков солидного возраста. Седины на его темных волосах нет и в помине. Они, правда, жесткие и непослушные.

Кстати, седина ему точно пойдет. Придаст благородства и шарма.

Тридцать семь… А мне двадцать пять. Он на целых двенадцать лет старше. А по жизненному опыту — и того больше.

— Зайка… — выдыхает Варлам.

Я вижу, что он прикрыл глаза и наслаждается моими прикосновениями.

Ой. Я не собиралась… Я случайно!

А он уже целует мою ладонь. Переходит к запястью, касается его губами сначала с внутренней, а потом с внешней стороны. Его жадные губы скользят вверх по плечу. Он убирает волосы и целует меня в шею, отодвинув воротник футболки. Так нежно. Но так горячо…

Я, вроде бы, хочу оттолкнуть его. Упираюсь свободной рукой в его мощную грудь. Чувствую отлитые из металла мускулы. Они такие… мужские. Мощные. У меня от них мурашки.

А ладони Варлама уже пробираются под мою футболку.

— Не надо! — отталкиваю я его.

— Зайка, тебе не нравится?

Мне нравится! К сожалению Я теряю голову, когда он начинает творить безумства. Забываю обо всем… А нельзя забывать!

Я же приняла решение.

Я вообще думала, что увижу Варлама только, когда вернусь домой. И в самых неприятных выражениях объясню ему, что мы расстались. А он внезапно ворвался посреди ночи в гостиницу и увез меня…

— Курсы! — внезапно вспоминаю я. — Я уехала. А там курсы.

— Пройдешь их в следующий раз, — спокойно произносит Варлам.

— Галина Викторовна меня убьет!

— Я с ней договорился.

— И что она сказала? — с волнением справшиваю я.

— Согласилась, что будет разумно переждать в безопасном месте.

— Подожди… Вы с ней как будто знаете друг друга.

— Ну да. Мы давно знакомы. Я знал ее покойного мужа.

— Понятно…

Хотя, на самом деле, мне вообще ничего непонятано. Потому что время — два часа ночи. Мы куда-то едем по темной дороге. Где-то в багажнике лежит мой чемодан. А я тут в пижаме…

Я неожиданно зеваю.

— Зайка, ложись, спи.

Варлам устраивает подушку у себя на коленях. Но я забираю ее, кладу в угол сиденья и приземляюсь своей уставшей головой. Я не то чтобы сильно хочу спать. Просто столько всего навалилось… Мне надо полежать, подумать.

К тому же мне сейчас выгодно прикинуться мертвой. То есть спящей. Тогда Варлам не будет ко мне приставать.

Он и не пристает. Он просто гладит мои ступни, уложив их к себе на колени.

— Щекотно… — шепчу я.

На самом деле, нет. Это не щекотка. Это возбуждение… Под моей кожей начинают бегать горячие шарики ртути.

— Зайка, прости. Я больше не буду. Спи.

Его пальцы замирают. Ничего не делают целых две минуты. Или даже три. Я уже начинаю ощущать некоторое разочарование.

Но мягкие подушечки огромных волчьих лап снова касаются моей кожи… Я стараюсь расслабиться, вместо того, чтобы возбуждаться. И разозлиться. И у меня получается!

У него, видите ли, план… И я туда вписана.

Жена ему нужна. Созрел для брака. Конечно, в тридцать семь-то лет. Надоело быть одиноким волком. Захотелось домашнего уюта. Детишек, борщей…

Прекрасно понимаю, как это все будет. Жена будет сидеть дома, нянчится с выводком детей и готовить ему ужины. А он в это время будет таскаться по деловым встречам с блондинками и брюнетками.

Нет! Мне это не подходит. Категорически.

Зайка сонно трет глаза. Хлопает своими пушистыми длинными ресницами. Удивленно таращится на меня. Похоже, пока спала, забыла все на свете.

— Варлам… — улыбается.

Я радостно тянусь к ней губами. Но не успеваю даже коснуться их.

Зайка выставляет между нами барьер — свою твердую ладошку. Упирается ей в меня, не давая приблизиться.

Я, конечно, легко могу сломить ее сопротивление. Но не буду. Потому что вижу, что ее взгляд стал осмысленным. Она все вспомнила. И мой косяк с телками и телефоном, видимо, в первую очередь.

А все же спросонья она обрадовалась мне. Думать об этом приятно…

— Мы приехали?

— Нет еще, Зайка. У нас привал. Позавтракаем, дальше нормальных ресторанов не будет. Тут и гостиница есть, снимем номер, чтобы принять душ.

Она смотрит на меня с подозрением. Думает, что я сейчас затащу ее в номер и наброшусь…

Именно этого я и хочу.

И она, я уверен, тоже.

Но забила в свою ушастую головку идиотскую мысль, что я ей изменяю с какими-то швабрами… Как вытряхнуть из нее эту чушь?