Шрифт:
Булка: Во сколько ты завтра возвращаешься?
Я: В 8 утра.
Булка: Ок.
Я: А что?
Булка: Мне нужно понимать, к какому времени освободить квартиру.
Тяжело выдыхаю и сжимаю руки в кулаки. Что в ней такого особенного, отчего она меня так сильно раздражает? И при всем при этом она нравится мне. Не совсем понимаю, какое мне до этого дела, но все-таки пишу:
Я: Ты нашла себе жилье?
Булка: Нет.
Я: И куда ты поедешь?
Булка: Какая разница?
Громко выругавшись, набираю номер Эмили и жду ее ответа.
— Что? — доносится из телефона раздраженный голос булки.
— Тебе необязательно уезжать завтра.
— Ты сказал, тебя не будет до субботы. Суббота завтра, если ты не в курсе.
— Я в курсе.
— Ты за этим звонишь? Обсудить дни недели?
Тяжело выдыхаю и издаю стон отчаяния.
— Перестань.
— Что перестать?
— Так себя вести. Я устал, булка.
— Тогда зачем звонишь?
— Дождись меня.
— Слушай, заведи себе собачку. Или хомячка. Рыбку хотя бы.
— Как же ты меня бесишь!
— Взаимно, козел.
— У тебя все в порядке?
— Какая разница?
— Эмили! — громко рычу в трубку, не в силах больше терпеть эту девушку. Она невыносима!
— Да?
Набираю полные легкие воздуха и шумно выдыхаю.
— Просто дождись меня, — сквозь зубы произношу я, а затем добавляю. — Пожалуйста.
— Я подумаю, — отвечает она и бросает трубку.
Я не отношу себя к католикам до мозга костей, но, пожалуй, сейчас мне нужна Божья помощь.
Когда спустя двенадцать часов я открываю дверь пентхауса, то вижу прямо перед собой Эмили. Она сидит на одном из своих чемоданов. На ней черные узкие джинсы и черная широкая футболка. Волосы булка собрала крабиком сзади, оставив спереди две тонкие пряди. В руках она держит черную дутую блестящую куртку. Взгляд ее красивых изумрудных глаз направлен прямо на меня.
Какая же она красивая. В ней нет ничего искусственного. На ней самая обыкновенная, ничем не приметная одежда. А на лице ни капли макияжа. И все-таки Эмили красивее любой девушки, с которой я когда-либо был.
— Привет, — хрипло произношу я, бросая сумку с вещами на пол.
— Привет, — едва слышно говорит она.
Я вижу, как ее грудь тяжело вздымается вверх и вниз. Эмили тяжело сглатывает и поднимается с чемодана.
— Что ж, я выполнила твою просьбу. Поможешь спустить чемоданы вниз?
— Не уходи.
— Мэттью..
— Не уходи, — снова перебиваю ее я и делаю шаг вперед.
Моя рука зарывается в ее каштановые волосы, пальцами перебирая густые локоны.
— Мэттью, пожалуйста, — шепчет Эмили и поднимает на меня свои глаза, а затем делает шаг назад. — Я не хочу быть одной из твоих игрушек.
— И не будешь.
— Чего ты хочешь?
— Тебя.
Глава 11
Мэттью.
Уже два часа дня. Я лежу в постели, уставившись в окно, и провожу пальцами по роскошным изгибам обнаженной Эмили. За окном быстро проносятся бесконечные снежные хлопья, летящие с хмурого серого неба. Булка утыкается носом мне в шею и нежно мурлыкает:
— Ты так вкусно пахнешь.
— Возьму на заметку, что тебе нравится, когда я потный и грязный после самолета.
Эмили улыбается и приподнимается на руках. Она укладывается подбородком на свои руки, лежащие на моей груди, и смотрит на меня.
— Что?
— Ничего.
— Булка.
Эмили закусывает губу и отводит взгляд. Касаюсь пальцами ее подбородка и возвращаю голову на место.
— Ты мне нравишься, — шепчет она.
— Ты мне тоже.
— Почему ты вел себя как козел?
— Я не слишком жалую людей.
— Почему?
— Ты задаешь так много вопросов, чем вынуждаешь меня заткнуть твой болтливый рот.
Я переворачиваю Эмили на спину и нависаю над ней, набросившись на ее соблазнительные губы. Попутно я щекочу ее, и моя спальня заполняется звонким смехом Эмили.