— Я могу говорить по-лидомски!

Он отметил свой странный акцент, возможно, это объяснялось отсутствием привычки. Лидомский язык отличался специфическим звучанием и напоминал галльский — своими взрывными звуками, французский — носовыми согласными и немецкий — гортанным говором. При этом язык был приятен для слуха — Чарли вспомнилось его детское удивление и восторг при знакомстве с пишущей машинкой. Как чудесно выглядели завитушки, как красиво соединялись буковки! Точно такое же впечатление было от соединения звуков лидомского языка в единое фонетическое целое. Оно было более благозвучно, чем в современном английском, скорее вспоминался английский язык времен Елизаветы с его сонорностью, напоминавшей звучание музыкального инструмента. По-лидомски невозможно было говорить со сжатыми челюстями и раздвинутыми губами, как это делали современники Чарли.

— Я могу говорить на нем! — вскричал Чарли Джонс, и все присутствующие закивали и высказали свою радость по этому поводу.

Чарли впервые с семи лет чувствовал в себе такую внутреннюю радость тогда его поздравляли в летнем лагере все ребята, потому что он выиграл в соревновании по плаванию.

Сиес взял его за руку и помог сесть. Его одели почти так же, как и в любой больнице, — в халат. Чарли посмотрел на Сиеса (сейчас он вспомнил, что фразу «Я Сиес» он уже слышал несколько раз с тех пор, как прибыл сюда, но ранее его ухо не могло отличить одну фонему от другой), и он улыбнулся, действительно искренне улыбнулся впервые с тех пор, как оказался здесь, в этом странном мире. Это вызвало еще одно проявление одобрения.

Сиес указал на человека в оранжевой одежде и представил его:

— Милвис.

Милвис вышел вперед и произнес:

— Очень рад, что ты с нами.

— А это Филос.

Одетый в ужасные голубые штаны человек приветливо кивнул Чарли и улыбнулся. У него были смешные черты лица и быстрый взгляд умных черных глаз.

— Вот Назив и Гросид, — Сиес завершил процедуру знакомства.

Одетый в зеленое Назив приветливо улыбнулся, а Гросид сказал:

— Ты среди друзей. Мы хотим, чтобы ты это знал всегда.

Самый высокий из всех — Милвис — был окружен, как показалось Чарли всеобщим уважением. Он добавил:

— Да, пожалуйста, верь нам. И, если ты хочешь чего-нибудь, скажи.

Все одновременно поклонились в подтверждение сказанному.

Чарли провел языком по сухим губам и неуверенно усмехнулся.

— Думаю, что мне больше всего нужна… информация. — Все, что хочешь, — согласился Сиес. — Все, что ты хочешь знать.

— Ну, тогда прежде всего — где я нахожусь?

Милвис выждал, пока все не обратят взгляд на него, и объяснил:

— В Первом Медицинском блоке.

— Это здание называется Первым Медицинским блоком, — пояснил Сиес. Другое здание, откуда мы пришли — Первый Научный блок.

Гросид с уважением добавил:

— Милвис возглавляет (это слово означало «организатор», «руководитель» и даже нечто вроде «вдохновитель») Первый Медицинский блок.

Милвис улыбнулся этому замечанию, прозвучавшему как комплимент, и в свою очередь объяснил:

— Сиес возглавляет Первый Научный блок.

Сиес поджал губы, что тоже выглядело как реакция на комплимент и заявил, что Гросид и Назив руководят Первым Детским блоком, который Чарли, наверное, захочет посмотреть.

Оба руководителя с поклоном приняли эту заявление, а Гросид вежливо пригласил:

— Надеюсь, что ты скоро посетишь нас.

Чарли ошеломленно переводил взгляд с одного на другого.

— Теперь ты видишь, — сказал Сиес, (и «видишь» прозвучало как «понимаешь, осознаешь», «теперь ты знаешь все»), — что мы все здесь вместе с тобой.

Точное значение этих слов ускользнуло от Чарли, хотя у него и создалось впечатление, что они были сказаны, как будто Чарли познакомили одновременно с королевой, президентом и папой римским. Поэтому он и произнес единственное, что ему пришло в голову:

— Что же, спасибо…

Ему хотелось сказать что-либо приятное, и он посмотрел на единственного из присутствовавших, о ком пока ничего не сказали. Это был Филос, одетый в широкие штаны. К удивлению Чарли, Филос подмигнул ему, а Милвис вскользь произнес:

— Филос здесь, чтобы обучать тебя.

Фактически, эта фраза была неточна. Человек говорит, к примеру: «Лук меня не любит», а имеет в виду при этом «Я не люблю лук»… Во всяком случае, Филос, очевидно, не выслужил высоких должностей и наград, в отличие от руководителей Первого Медицинского блока, Первого Научного блока и Первого Детского блока. Может быть, он просто работал там.

Чарли отложил размышления на эту тему до лучших времен и вновь посмотрел на лица всех присутствующих, которые ответили ему столь же внимательными взглядами.

Тогда Чарли вновь спросил:

— Да, но все же, где я нахожусь?

Его новые друзья переглянулись, и затем их взгляды снова устремились на Чарли. Сиес сказал:

— Что ты имеешь в виду, когда спрашиваешь, где ты?

Обращаясь к остальным, Сиес пояснил:

— Он хочет знать, где он находится.

— На Лидоме, — ответил Назив.