— В этом кроется великая мудрость, так как для жизненной карьеры каждого мужчины, начиная с рожденья и кончая смертью, нужны объединенные усилия трех или четырех женщин. Вы, мальчики, представляете из себя дорогостоящие создания, и счастье еще, что матери, сестры, жены и дочери любят свое дело и добросовестно исполняют его, иначе вы бы давно исчезли с лица земли, — сказала миссис Джо торжественно, принимаясь за корзину с бельем: все оно требовало основательной починки, так как носки почтенного профессора имели всегда плачевный вид, а его сыновья походили в этом отношении на отца.

— В таком случае этот «избыток» женщин найдет себе достаточно дела в заботе о беспомощных мужчинах и их семействах. Я с каждым днем убеждаюсь в правильности своего мнения и очень счастлива, что мое дело даст мне возможность прожить полезной, довольной и независимой старой девой.

Ударение, которое Нэн сделала на последних словах, вызвало тяжелый вздох со стороны Томми и смех всей остальной компании.

— Я очень довольна и горжусь тобой, Нэн, и очень надеюсь на твои блестящие успехи, так как мы именно нуждаемся в таких самостоятельных женщинах. Мне кажется иногда, что я ошиблась в своем призвании и чтомне также следовало остаться одинокой; но мой долг указал мне этот путь, и я не раскаиваюсь в нем, сказала миссис Джо, прижимая к груди большой и очень рваный синий носок.

— Я также. Что бы я стал делать без моей бесценной мамочки? — прибавил Тедди, сопровождая это излияние сыновними объятиями, вследствие которых они оба исчезли за газетой, служившей перед тем в течение нескольких минут занятием для непоседливого юноши.

— Мой милый мальчик, если бы ты время от времени мыл руки, твои ласки были бы менее пагубны для моих воротников. Ничего, ничего, моя радость, я не протестую против пачкотни и грязи, если ты любишь меня, — и миссис Джо вынырнула из- под газеты с очень довольным видом, несмотря на то что волосы ее запутались о пуговицу Тедди, а воротник сбился в сторону.

Здесь Джози, которая учила свою роль на другом конце балкона, вдруг с криком выскочила оттуда и так эффектно продекламировала монолог Джульетты в гробнице, что мальчики принялись аплодировать, Дейзи нервно вздрогнула, а Нэн пробормотала: — чрезмерное мозговое напряжение для ее лет.

— Мне кажется, тебе придется примириться с этим, Мегги, девочка — прирожденная актриса. У нас никогда не выходило ничего подобного даже в «Проклятии нельмы», — сказала миссис Джо, бросив в виде подношения несколько разноцветных носков к ногам своей раскрасневшейся и запыхавшейся племянницы, когда та грациозно опустилась на ковер.

— Это мне наказание за мою страсть к сцене в детстве. Теперь я понимаю, что чувствовала бедная мама, когда я умоляла позволить мне быть актрисой. Я не могу разрешить этого, и все-таки мне, может быть, опять придется отказаться от моих желаний и надежд. — В голосе матери слышался упрек, и Деми с легким раздражением поднял сестру с пола, строго приказав ей «прекратить подобные глупости в обществе».

— Оставь меня! — фыркнула на него Джози, как рассерженный котенок.

Встав на ноги, она сделала низкий реверанс и, возвестив торжественно, что карета подана, грациозно спустилась со ступенек и завернула за угол дома, волоча за собой Дейзин красный платок наподобие мантии.

— Разве она не забавна? Я бы не мог оставаться здесь, если бы эта девочка не потешала меня. Если она когда нибудь напустит на себя чопорность, только вы меня и видели; поэтому будьте с ней поосторожнее, — сказал Тедди, хмурясь на Деми, который, сидя на ступеньках, заносил что-то в свою записную книжку.

— С вами обоими трудно справляться, но мне это скорее нравится. Нам следовало бы поменяться с тобой, Мегги: тебе взять Роба, а мне дать Джози. Тогда в твоем доме царил бы ненарушимый покой, а в моем вечное Вавилонское столпотворение. А сейчас я должна пойти рассказать Лори все новости. Пойдем со мной, Мегги, маленькая прогулка освежит нас. — И с соломенной шляпой Тедди на голове миссис Джо в сопровождении своей сестры направилась к Парнасу, оставив булки на попечение Дейзи, умиротворение Джози — на Тедди, а пациентов Томми и Нэн — на милостивое распоряжение этих последних.

ГЛАВА II

Парнас

Название подходило месту; и музы, вероятно, были дома в этот день, так как все, что видели и слышали сестры, поднимаясь по отлогому скату, наводило на эту мысль. Проходя мимо открытого окна, они заглянули в библиотеку, царство Клио, Каллиопы и Урании. Мельпомена и Талия развлекались в зале, где несколько молодых людей танцевали и репетировали пьесу. Эрато гуляла в саду со своим возлюбленным, а в комнате, где стоял рояль, сам Феб присутствовал на спевке хорошего xopa.

Наш старый друг Лори был уже пожилым Аполлоном, но таким же красивым и жизнерадостным, как и прежде, ибо время переделало шаловливого мальчика в благородного человека. Заботы и горе, не меньше чем достаток и счастье, много сделали для него; на последнюю же волю деда он смотрел как на свой священный долг, который он выполнял добросовестнейшим образом. Некоторым людям счастье и успех идут впрок, так как солнечный свет необходим для их развития, другим полезнее тень, и легкое прикосновение холода делает их лучше и добрее. Лори принадлежал к первой категории, а Эми — ко второй; и жизнь их, с тех пор как они поженились, представляла собой прекрасную поэму, не только преисполненную счастья и гармонии, но и богатую содержанием и одухотворенную тем участием к окружающим, которое может сделать так много, когда ум и богатство идут рука об руку с сердечной добротой.