— Матэ, отведи ученика Илию в казарму. Алексиса я приведу позже. Шевелись!

Через несколько секунд мы остались одни. Син осмотрел меня с ног до головы взглядом, полным раздражения. Затем повернулся спиной и, забыв про хромоту, быстро зашагал к навесу. Я остался на месте, ведь никакого приказа мне не давали.

Тренер вернулся через минуту, держа в руках два тренировочных копья. Приблизившись, он бросил одно в мою сторону, и я лишь благодаря предчувствию сумел поймать древко. Тан оскалился:

— Ну что, матэ, готов к тренировке? Сейчас я покажу тебе, что значит воин Либеро. Да, лучше убери все артефакты, что имеются при тебе.

Я выполнил приказ, отложив личное копьё и защитный амулет поближе к навесу, а затем вернулся к тренеру. Син атаковал стремительно. Мгновение назад он стоял в трех метрах от меня, а в следующий миг уже наносил боковой удар, метя в моё левое плечо. Уклониться я не успевал, лишь подставил скользящий блок, смягчая удар.

Глухой звук удара одного древка о другое, и почти сразу тычок в грудь. В этот раз я почти увернулся, и меня лишь краем зацепило за одежду, над правой ключицей. Раздался треск рвущейся ткани, меня слегка развернуло, но это было только на пользу. Тренировка, говоришь? Так в ней могут наносить удары двое.

Тренировочное копьё, словно боевой посох, с гулом рассекло воздух, пройдя в нескольких миллиметрах от лица тана, тому даже пришлось повернуть голову, чтобы избежать соприкосновения с тупым наконечником. И вновь гулкий звук — это я, продолжая движение, отбил очередной выпад противника, целившегося мне в ноги. В следующий миг мы, не сговариваясь, разорвали дистанцию.

— Ты слишком хорошо сражаешься, ученик, — заметил тан. Раздражение на его лице сменилось удивлением, но я уже увидел, как в глазах Сина разгорается боевой азарт. А ведь мне только что пришлось действовать на пределе своих возможностей.

Ко второй атаке я уже был готов и потому смог отбить летящий мне в грудь торец древка. И тут же получил хлёсткий удар в левое бедро, мгновенно отсушивший мне ногу. Стиснув зубы, я всё же продолжил начатое движение и нанёс ответный удар. Звон дерева о дерево — тан успел заблокировать моё копьё и тут же пробил ногой в грудь. Удар оказался столь сильным, что меня отшвырнуло назад метра на два. От удара спиной о землю из лёгких выбило весь воздух. Я попытался вдохнуть, но куда там — в глазах стремительно начало темнеть. Неужели я сейчас потеряю сознание, так позорно закончив тренировку?

— Вставай, матэ, мы только начали! — прозвучало надо мной, и тут же прилетел удар чем-то тяжёлым по голени. Я заскрипел зубами от новой боли. Зря он так со мной.

Резкий выпад из положения лёжа, и рядом раздался хрюкающий звук. Перекатившись подальше от противника, я попытался подняться, но не тут-то было. Левая нога после нескольких ударов не желала слушаться меня. Пришлось опираться на копьё, но я всё же смог встать. Замутнённым взором отыскал фигуру Сина. Вон он, скрючившись, держится за пах. Надо же, а ведь я рассчитывал, что попаду в солнечное сплетение.

— Сейчас ты пожалеешь об этом! — произнёс тренер, медленно разгибаясь. В глазах его полыхала ярость. — Приготовься познать настоящую боль, ученик!

— Син! — раздался от входа знакомый голос. — Вижу, ты развлекаешься своим любимым делом — дерёшься с тем, кто гораздо слабее тебя. Может, хватит уже бить учеников, проведи хотя бы один тренировочный бой с кем-то, равным по силе!

На тренировочную площадку, сильно хромая, вошёл Хард.

— У нас идёт урок по боевой подготовке, — прошипел тренер. — А ты вмешиваешься в процесс обучения.

— Ты слышал распоряжение кона Артемила о переходе этого ученика на индивидуальную форму обучения? — Хард, в отличие от Сина, излучал спокойствие. — Можешь не отвечать, знаю, что слышал. И всё равно решил напоследок показать матэ его место.

— Они должны уважать нас! Иначе другие ученики так же, как и этот, будут убивать старших по званию.

— Мы оба знаем, зачем ты это делаешь, и эти нелепые отговорки — тебе самому не противно, тан?

— Забирай своего ученика, — глухо произнёс тренер. — Больше чтобы он не появлялся на моих занятиях, иначе отправится в госпиталь.

— Не переживай. Не появится, — улыбнулся Хард. — Алексис, сам сможешь покинуть площадку?

— Смогу, конмэ, — ответил я и, опираясь на тренировочное копьё, поковылял к навесу за своими оружием и защитным артефактом. Левая нога совершенно не желала слушаться, поэтому двигался я медленно, из-за чего тренер не выдержал и произнёс со злобой:

— Матэ, в следующий раз буду бить в полную силу, и отсушенными мышцами не отделаешься.