Увидев старшего брата, поднял руку, Ролан повторил жест. Айла скрылась в карете, а Сайрус встал перед старшим братом. Выразительно оглядел его и себя, сказал со страдальческим вздохом:

— Выглядим как клоуны.

— Если на балу только мы так будем одеты… — Прорычал Ролан, стискивая кулаки.

— То будете улыбаться и вообще хорошими мальчиками! — Окрикнула Тень.

***

Карета плавно катится по мощёной дороге, стиснутой буйной зеленью. Слишком плавно, без тряски и грохота колёс, будто летит. Магия? Возможно, Республика удивляет во всём. Ролану начинает казаться, что скоро он разучится удивляться.

Айла сидит напротив братьев, чёрные локоны сияющими волнами опускаются на плечи, обрамляя строгое лицо. В тёмных глазах сверкают звёзды. Главная Убийца континента скорее похожа на образ Богини, чем на смертную женщину.

— Запомните, мальчики. — Сказала Тень, поигрывая пальцами и осматривая маникюр. — Они всё вам враги.

— Нам? — Переспросил Ролан, выразительно вскидывая бровь. — А тебе?

— Я наёмная… сотрудница. — С холодной улыбкой ответила женщина. — У меня нет друзей и врагов, только наниматели и… цели.

— А сейчас ты на кого работаешь? — Спросил Сайрус, пожирая Тень взглядом, как голодный кот окорок.

— На себя. В моих интересах сохранить клиентскую базу в целости и… платёжеспособности. Так что, от вас зависит, будет ли Империя государством или превратится в… территорию.

— Я не понимаю. — Сказал Ролан, потирая висок. — Пусть у них лучше оружие, лучше корабли. Но Империя по ту сторону шторма и далеко не так слаба. Пушки, мы тоже можем их делать, не так уж и сложно устроены.

Айла прицокнула языком и покачала пальцем.

— Мальчик. Ты же был королём? Уж ты то должен понимать, что за каждым инструментом государства стоит экономика. А это оружие пострашнее любых пушек. Оно даже опаснее без них…

— Ну и как нам зарезать эту самую экономику? — Буркнул Ролан.

— Никак. Её даже боги не смогут поцарапать, но вы можете остудить горячие головы.

— Это каким образом?

— Будьте собой, в границах разумного. Напоминаю, не доводите дело до войны. Они не знают, что вы из другого мира. Пусть думают, что вы самые обычные люди. Ну знаете, каких в каждой деревне навалом.

— Я всё ещё не понимаю, как это поможет против экономики. — Сказал Ролан, задумчиво косясь на Сайруса.

На губах брата играет зловещая улыбка, пара трупов до войны не доведёт. Особенно если обставить всё, как дуэль и защиту чести.

— А ни как, это должно пресечь планы вторжения. — Пояснила Айла. — С экономикой будет разбираться Луиджина, это по её части.

— Ты же сама требовала от нас быть мирными. — Уличил Сайрус, припомнив недавний выкрик Тени.

— Игра на возможную публику. — С лисьей ухмылкой сказала Тень.

***

В кабинете темно и тихо, окна занавешены чёрными шторами, а дверь закрыта на засов изнутри. Луиджина сидит в кресле с хрустальным бокалом полным вина. Она чувствует приближение гостя, но не спешит отпирать дверь. Ему она ни к чему.

Тьма в углах ожила, забурлила, вспенилась и слилась в фигуру. Та приблизилась к столу, и Луиджина отпила вино, в который раз задумываясь о природе богов. Они не плотские существа, что очевидно… но всё же обладают неким подобием плоти. Размножаются, плодятся и умирают. Почти всемогущи и в то же время беспомощны. Они энергия, живущая по законам мяса и костей. Существа другого плана бытия, застрявшие в материальном мире.

— Приветствую тебя, Погибель. — Сказала Тьма. — Мы оценили твой жест доброй воли и готовы отплатить тем же.

— Кто по ту сторону шторма? — Спросила Луиджина, ставя бокал на стол.

Тьма молчала несколько секунд, затем ответила:

— Взрослый.

— Взрослый?

— Имаго божества. — Пояснила Тьма. — Он спит, а когда проснётся… мы все в опасности.

— Даже в большей чем от Дикой Охоты?

— Кратно. Великий Враг сейчас почти спаситель. Надо лишь навести их.

— Что-то я не понимаю. — Сказала Луиджина, сверля гостя тяжёлым взглядом. — Отчего вы боитесь взрослого бога? Он ваш брат или родитель.

— Он чужой. Скажи, Погибель, будучи ребёнком, ты всегда понимала взрослых?

Глава 27

Особняк генерал-губернатора — это сказочный дворец. По крайней мере, такое сравнение выскочило из подсознания Ролана. Не просто сказочный, а из того типа небылиц, где все счастливы и радостны. Белые стены покрыты декоративными лианами, изящные колонны подпирают выступающий балкон. Покатая крыша выложена черепицей цвета забродившей вишни. Окна источают радостный свет, а из распахнутых дверей во двор вырывается музыка.