Городишко у нас был захолустным, да и планета на самом краю Ойкумены располагалась. Земля-7, как ее называли. Хорошо хоть, одно приличное учебное заведение было, а что до новейших достижений науки и техники, то до нас они доходили в последнюю очередь. Поэтому у нас и генно-модифицированные были в дефиците.

У большинства жителей Седьмой Земли посредственная внешность, а из доступных достижений генетики разве что коррекция генетических заболеваний. Косметическая генетика не очень развита, да и народ не слишком богатый для этого. Живи я где-нибудь на Старой Земле, Второй или Третьей — Виталий меня бы и не заметил в толпе генно-модифицированных.

Конечно же, в наш просвещенный двадцать четвертый век можно было бы учиться и в виртуальной реальности. Многие так делали. Но докторам практика нужна, да и военным тоже. Одной теорией в некоторых профессиях не обойтись, по крайней мере, в те времена так еще было. Теперь уже виртуальная реальность развилась настолько, что практику можно проходить и дистанционно, полный эффект присутствия, так сказать. Хотя многие учебные заведения все еще придерживаются более консервативных взглядов.

Я бы и рада с Виталиком остаться, все-таки родители правы, детей чем-то кормить надо. Вот только не чувствовала себя с ним так легко, как с Алексом. Виталик, конечно, был сама любезность, на турбомобиле новейшей марки меня возил в дорогие рестораны, да. Колье с бриллиантами дарил, только я не приняла.

— Не могу, — вздохнула я.

— Но почему?

— Оно слишком дорогое, неправильно это.

— Что же тут неправильного, Аня?

— Не знаю, не люблю чувствовать себя должной, — настаивала я, а сама об Алексе думала. Как он там? Его же на практику на дальний полигон отправили. Нехорошо все-таки, что я здесь с другим, а он там. Хотя мы с ним тогда еще не встречались, просто дружили.

Как раз на сам выпускной Виталия Алекса тоже отправили куда-то к черту на рога. Я тогда еще не знала, что это папенька Виталика свои связи задействовал, по просьбе сыночка. Ну так вот, вроде все шло к женитьбе, и условились мы с Виталием, что в ночь после его выпускного состоится… В общем, что я с ним девственности лишусь.

Я, конечно, хотела, чтобы сначала свадьба, но Виталий настаивал на том, что это ненормально. Мол, сейчас никто так не делает, ты что ненормальная какая-то? Надо же быть как все. Ну уж не знаю, я тогда долго сомневалась, в конце концов все-таки уступила. Я тогда еще была слишком молодой и покладистой, это потом благодаря Виталию поняла кое-что важное…

Он все тщательно подготовил, турболимузин заказал, все дела. Помню ту дурацкую вечеринку. Я тогда более закрытое платье надеть хотела, но Виталик настоял, чтобы я оделась в короткое с обнаженной спиной.

— Но я в нем простужусь, — возразила я.

— Ничего не простудишься, что ты как маленькая, Аня? Ведешь себя так, будто старой девой остаться хочешь! И колье надень, что я зря за него столько денег выложил?

Папенькиных денег, ага.

На вечеринке мы с ним смотрелись, должно быть, весьма эффектно, хотя я постоянно чувствовала себя не в своей тарелке. Помню завистливые взгляды выпускников, почти никого из них я не знала, и это меня жутко смущало. А Виталий смотрел очень выразительно, мол, смотрите и завидуйте, неудачники, вот эта со мной. Видали, какая штучка?

Тогда еще из центра Ойкумены до нас дошла мода на все натуральное: на натуральную еду, одежду, мебель и на натуральных людей. Мол, генно-модифицированную тёлку себе любой раздобыть может, а ты попробуй найди натуральную, но такую, чтобы конфетка! А у меня же, понятно, денег на модификацию генов отродясь не водилось.

«Виталик тебе вон сколько всего подарил, а Алекс что? Какую-то поделку в перьях!» — говорила тетя Камила. Мудрено ли дарить дорогие вещи и считать, что я ему теперь за это что-то должна? А в ловца снов Алекс, может, душу вложил, он же сам его делал, желая помочь мне. Когда я рассказала Виталию о своих кошмарах — он и бровью не повел, буркнул что-то вроде: «Ну, к психологу обратись, что ли», — и через пару минут уже забыл об этом. Я ему никогда не была интересна. Все, что его интересовало, — это он сам и его дурацкие понты.

«Да чего ты? Чем тебе Виталий не нравится? — вспоминались мамины слова. — Хороший человек из благополучной семьи. Я так за тебя рада — хоть кто-то из нас будет жить нормально, а не впроголодь! У дяди Вани вон машина сломалась и не починить же, а ведь ему для работы надо. Тетя Камила тяжело больна, и денег на операцию не хватает». Да я и сама понимала, не маленькая, все родственники так и ждали, когда я за богатенького замуж выйду. А мне что, жалко, что ли?

Только ведь чем ближе к концу вечеринки, тем хуже мне становилось. Хоть бросай все и беги. Но куда бежать? И что я скажу? Что никогда и не любила его? Скажут, чего с жиру бесишься? Принцесса нашлась, выпендривается еще тут.

— А вы слышали? Алекс Титов, тот, которого на передовую отправили, назад вернулся, — донеслось до моего слуха, и я тут же навострила уши. — В больнице сейчас, тяжело ранен.

— Что?! — вырвалось у меня. — Как в больнице? В какой?!

Я чуть за шиворот ту девку не схватила:

— Выкладывай! — потребовала я. — Что с ним?!

— Да говорю же, ранен он, в больнице святого Иеронима сейчас. Господи, ты ненормальная, что ли?!

Я тогда так и рванула с места. А Виталий за мной, за руку меня схватил, развернул и такой: