Сбоку что-то шуршит, и я возвращаюсь в настоящее. Ульман протягивает мне початый пакет со льдом и ведёт рукой в сторону барных стульев у кухонного островка. Я с благодарностью перехватываю пакет и сажусь на стул. Прикладываю холод к щеке. Прикрываю глаза от наслаждения и едва не издаю вслух стон облегчения.

— Не расскажешь, что случилось? — весело интересуется Ульман. Я слышу, как он двигает стул, чтобы сесть с торца островка. Медленно выдыхаю и смело вглядываюсь в червоточину его глаз, которая всегда заставляла меня чувствовать себя не по себе.

— Энтони, я хочу поговорить с тобой о той вечеринке. По случаю закрытия бейсбольного сезона.

Его я там помню очень чётко. Какое-то время он даже составлял мне компанию, пока я ждала появление Логана.

Ульман сужает глаза и склоняет голову вбок, но ответить не успевает. Из коридора доносится треск. Мы оба смотрим в сторону раскрывшейся входной двери, которую с наших мест хорошо видно. Там стоит Тайлер Гилл. И по его виду не скажешь, что он успел успокоиться после недавней драки.

Я вся сжимаюсь от тревоги, когда его взгляд находит нас, и он стремительно направляется на кухню. Но через секунду до меня доходит, что его поведение меня жутко злит. Я спрыгиваю со стула и встаю перед ним:

— Гилл, это моё дело. Не твоё.

Он отрывает ненавистный взгляд от Ульмана и смотрит на меня. Секунда. Вторая. Там, в серой дымке его глаз разразилась такая война чувств, что у меня болезненно сжимается сердце.

— Я предупреждал тебя, Сабрина, о том, что от него стоит держаться подальше.

Тихий и чуточку насмешливый голос Ульмана раздражает. Он, как что-то инородное, вторгается в наш с Гиллом мир. Но зато напоминает мне о цели, с которой я здесь нахожусь.

— Гилл, позволь мне самой во всём разобраться, слышишь? — тихо прошу я.

— Давай уйдём? — так же тихо просит он. — Я не смогу оставить тебя здесь одну.

Я вздрагиваю, когда Ульман начинает громко хохотать. Гилл стискивает зубы и дергается в его сторону, но я останавливаю его тем, что врезаю в его грудь пакет со льдом — эффект неожиданности.

— Это просто смешно! — продолжает насмехаться Ульман. — И это ты — ты! — говоришь, что не можешь оставить её одну? После того, как однажды уже оставил? — Его голос холодеет на следующих словах: — Вы оба её там оставили, не моргнув и глазом!

Меня бросает в дрожь, а Гилл едва заметно бледнеет. Он сжимает кулаки и рычит:

— Говори, если есть, что сказать.

— О-о, поверь, у меня много есть, что сказать! — По переместившему звуку, я понимаю, что Ульман тоже вскочил на ноги. — Сабрина, ты хотела узнать о той вечеринке? Я расскажу.

Я вздрагиваю, когда он произносит моё имя, и поворачиваю голову к плечу, но не могу заставить себя поднять на него глаза. Внутри всё сжалось от ожидания и тревоги.

— Я помню, как ты ждала Хейга, выглядывала его по сторонам, а он всё не появлялся. Чуть позже я увидел его и Гилла на втором этаже. Они искали тебя, а когда нашли… Я шёл поздороваться с бывшим другом, — усмехается он. — Кстати, тогда-то он и стал мне бывшим. Твой ор, Гилл, то, как тебя выпирал из комнаты Хейг… Каюсь, мне стало любопытно. А когда я увидел, понял… Вы просто взяли и ушли, оставив её там совсем беззащитную!

— Мы не знали всего! — вновь рычит Гилл.

Я всё же смотрю в лицо Ульмана:

— Ты знал, что меня опоили?

— Ты была без сознания, не реагировала на имя — не трудно было догадаться о том, что с тобой случилось.

Я зажмуриваюсь и отворачиваюсь. Ещё один человек, который видел мою слабость. Знал о произошедшем. Жалел меня или, что хуже, мог воспользоваться ситуацией.

— Если ты её хоть пальцем…

— Ты, твою мать, издеваешься?! — взрывается Ульман. — Вы! Вы бросили её и ушли! А я остался с ней! Чтобы никто больше… Я, чёрт, всю ночь не смыкал глаз, прогоняя каждого, кто заглядывал в комнату!

Я сглатываю и говорю глухо:

— Я проснулась в одиночестве.

Ульман долго молчит, словно пытается успокоить взвинченные до предела нервы, потому и говорит уже спокойнее через пару минут:

— Я ушёл, когда понял, что ты приходишь в себя. Не хотел тебя смущать.

Сил во мне хватает на один короткий выдох:

— Спасибо.

Я разжимаю пальцы на пакете, он глухо падает под ноги Гиллу, и спешу на воздух. Именно его сейчас мне катастрофически не хватает.