Но не с ним, не с Костей! Впрочем, какая разница, да?! Вариантов всё равно немного…

Разлепила мокрые дрожащие ресницы, неуверенно поднимая взгляд в суровое лицо, нависшее надо мной и заслонившее весь обзор…

Костя ждал, стиснув зубы. Просто смотрел в упор, холодно и внимательно…

В следующую секунду обхватил пальцами мой подбородок, впиваясь губами в мои губы…

Горьковатый вкус чужой слюны обжёг слизистую, упругий язык толкнулся между зубов…

Чёрт! Нет! Трахаться — это одно, но всех этих интимных подробностей я не хочу!

В панике толкнула Костю в грудь, попыталась отбросить его руку, отвернуть лицо…

Мужская ладонь безжалостно вцепилась в мои волосы, запрокидывая назад голову… Вторая рука задрала кофту, бесцеремонно залезла под майку, сдавила голую грудь, даже не пытаясь приласкать…

Дура, надо было наплевать на стирку и надеть бельё, сейчас мокрым комком оттягивающее карман…

Задыхалась под этим жёстким напором, зажатая в тесном пространстве между стеной и огромным мужским телом, жадно урывками хватая воздух и зачем-то пытаясь вырваться…

Низ живота свело судорогой, слабость и бессилие душили сознание, заглушая инстинкт самосохранения и выпуская наружу единственное извращённое желание уступить и подчиниться…

Я чувствовала исходящее от Кости звериное возбуждение и невольно проникалась этой одуряющей похотью, будто пропуская через себя разряды электрического тока. В какой-то момент перестала отталкивать его, машинально провела покалывающими подушечками пальцев по мужским плечам, коснулась покрытой испариной кожи шеи… Всхлипнула, ощутив болезненный укус в верхнюю губу… Застонала, когда его ладонь стянула с моих бёдер штаны и вжалась в мокрую пульсирующую промежность… Непроизвольно поползла вниз по стене, насаживаясь на глубоко проникающие пальцы…

Мир схлопнулся. Сузился до размеров этого крошечного коридорчика, в котором сцепились два полуголых тела. Хотелось только одного — почувствовать его внутри себя, ощутить распирающее давление между ног, получить разрядку и избавиться наконец от этого сумасшедшего голода, раздирающего разум и внутренности. Наверное, сейчас я продала бы душу дьяволу за этот чёртов невразумительный секс, именно такой, именно здесь, и даже неважно с кем…

Упёрлась руками в пол, выгнула спину, задержала дыхание…

Не смогла подавить жуткий животный вопль, ощутив секундную боль от слишком резкого толчка члена внутри… Заскулила в голос, неосознанно подстраиваясь под ускоряющийся темп движений…

Мне хватило двадцати секунд. Зарычала в заткнувшую мой рот ладонь, сотрясаясь в пугающем своей силой оргазме, вжимаясь задницей в горячий мужской живот… Где-то на краю сознания уловила несколько запоздалых рывков, расслышала сдавленный стон сквозь зубы — Костя, кажется, тоже кончил…

…Реальность возвращалась подозрительно медленно. Чувствовала странную лёгкость и желание рассмеяться, ощущая, как Костя приподнимает меня на дрожащие от напряжения ноги, как заботливо натягивает на мои бёдра спущенные штаны, поправляет майку, ласково касаясь ставшей вдруг бесчувственной груди…

— Понравилось? — Костик повернул меня к себе, вглядываясь в моё лицо прищуренным взглядом.

Лениво усмехнулась, закрывая глаза и прислоняясь лбом к его плечу…

— Сигаретой угостишь? — он приобнял меня одной рукой, придерживая, словно безвольную куклу.

Кольнуло раздражение — я так хотела, чтобы эта Сашина пачка осталась моей тайной… Впрочем, чёрт с ним.

Вытащила две сигареты, одну протянула Костику. Прикурила… Прижалась затылком к стене, прикрыла глаза, ощущая, как ненавязчиво кружится голова…

— Пошли, — Костя потянул меня за руку. — Спать теперь со мной будешь, поняла?

Снова усмехнулась… Мне всё равно. Не исключено, что это вообще последняя ночь в моей или в его жизни…

Все всё поняли с полувзгляда, когда мы с Костей вдвоём появились на этаже. Лёша только ухмыльнулся, а Ленка… Почему-то я очень остро ощутила в тот момент, что между нами пролегла пропасть. Не то чтобы в её взгляде чувствовалось неодобрение… Скорее обида. И я её понимала по своему — наверное, мы, как женщины, должны были держаться вместе…

…Осторожно попыталась повернуться на бок, надеясь, что Костя уже спит, но он раздраженно дёрнул рукой, прижимая меня к себе ещё крепче и давая понять, что он вполне себе бодрствует, хоть и закрыл глаза. Послушно уткнулась лбом в его плечо, едва не плача от досады… Чёрт, лучше бы вообще не шевелилась…

Он чужой. До тошноты. Запах, повадки — я не хочу это чувствовать. Это давит, злит, вместе с тем пугает и заставляет чувствовать себя загнанным в угол зверем — душит беспомощность и обида, изводит собственное бессилие. Обречённость какая-то…