Грязь и земля нещадно кололись внутри одежды, мокрые штаны казались тяжёлыми и тянули вниз. Как же всё это не вовремя!

К счастью, очки я нашла в течение десяти минут — они валялись в пыли грунтовой дороги. Грязные и погнутые, но с целыми стёклами. Поборов внезапно накатившую брезгливость, осторожно подняла их двумя пальцами, попыталась сложить тонкие дужки, аккуратно пристроила во внутренний карман кофты… Почему-то за очки я переживала больше всего, ибо хорошо знала, как физически тяжело могут себя чувствовать люди с плохим зрением, внезапно лишившись привычого прибора — моя школьная подруга жутко мучилась головокружениями. Наверняка Лёхе полегчает хотя бы морально, когда он узнает, что очки почти не повредились…

Я поспешила обратно к прачечной.

Костик уже ждал меня у высокой кирпичной стены огромного цеха, внимательно изучая придирчивым взглядом открытые ворота. Думала, он отчитает меня за то, что я опять так долго носилась по территории в одиночестве, но он ещё издали сделал мне знак вести себя тихо, и я с недоумением сбавила шаг…

— Постой тут, Ин, — его негромкий тон не предполагал выбора. Он оглянулся на противоположный край площади, поднял с земли внушительный тюк, сделанный из старой посеревшей простыни. — А ещё лучше — шагай на на ту сторону, подожди там…

— Что там, Кость? — я боязливо покосилась в зияющее нутро цеха, прижимая к себе увесистый неудобный узел.

— Ничего, — Костик натянуто улыбнулся. — Просто хочу проверить…

Я лишь пожала плечами, не собираясь с ним спорить, однако в груди поднялась волна страха — если этому человеку надо что-то проверить, то это явно неспроста. Послушно побрела на другую сторону…

Костика не было всего минут пять. Я за это время успела только повыкидывать из карманов промокшую насквозь пачку сигарет, сморщившиеся яблоки, протереть явно пришедший в негодность мобильник…

В воротах появились двое — сам Костя и… Катя!

Я с облегчением выдохнула, подхватывая завязанную узлом простынку и торопливо бросаясь им навстречу…

Катерина аж тормознула на мгновение, удивлённо распахивая глаза в попытке признать меня. В следующий миг её хмурое лицо разгладилось, уголки губ поползли вверх, и она не смогла сдержать хохот…

— Ин, ты… в канализацию провалилась?! — она осмотрела меня с ног до головы сочувствующим взглядом, прикрывая ладошкой рот. — Господи, кошмар какой…

Нет, я знала, конечно, что всё скверно, но не думала, что до такой степени…

Неловко улыбнулась ей в ответ, чувствуя себя натуральной кикиморой на её фоне. Опустила голову, топая вслед за Костей. Ещё и холодно в мокрой одежде…

Не выдержав собственного дурацкого положения, протянула:

— Ко-ость…

Он не оглянулся.

— Ну Костя! — я ускорила шаг, легонько дотрагиваясь до его руки. — Можно я к воде схожу? Пожалуйста…

Костик только поджал губы и поскрёб пальцами недельную щетину на подбородке, даже не сбавляя шаг.

— Нет, Ин.

В груди ощутимо зашевелился клубок обиженных змей. Впрочем, я же знала, что он ответит именно так, но всё равно досадно…

— Кость, ну посмотри на меня, — я заканючила, догоняя его и подстраиваясь под широкий мужской шаг. — Ну как я буду такая грязная ходить?! Мне самой от себя противно…

— Мне нормально, — он ухмыльнулся, поднимая бровь, но тут же снова отвернулся, пряча смеющийся взгляд.

— Да мне холодно, Костя! — я почти завизжала от злости, от души пихая его кулаком в плечо. — Я простужу себе всё! Хватит нам и Лёхи с температурой…

— Не ори, Ин, — Костик посмотрел исподлобья гораздо серьёзнее и строже. — Сейчас на склад вернёмся, там поговорим…

Ссориться с ним при Кате не хотелось. Тем более с учётом того, с каким неприкрытым интересом и без тени смущения она смотрела на нас… Интересно, с её стороны это привычка не отказывать себе ни в чём и удовлетворять полностью своё любопытство, или просто банальная невоспитанность?! Определённо первое…

Я замолчала. Только ради того, чтобы выстроить в своих фантазиях миллион неосуществимых планов о том, как сбегу от всех при первой же возможности…

Машка при виде меня не рассмеялась. Только всплеснула руками, едва мы вошли внутрь склада, и забормотала что-то об охотниках и нормальных условиях для мытья… Но Костя осадил её так грубо, что девушка насупилась и больше не произнесла ни слова, с недовольным видом выгребая из тюка вещи — кастрюлю, колбочки, пучки травы, подставку…

— Я разорву одну простынь, — она обвела глазами всех нас. Оне не спрашивала разрешения, она констатировала факт.

— Да хоть все, — Костя равнодушно пожал плечами, присасываясь к банке с остатками воды. — Вообще в них смысла не вижу, тепла они не дают…