Я не знала почему, но, как и раньше, я ожидала, что мой дядя ответит мне и заверит, что все будет хорошо, но, когда вокруг осталось тихо, это сделало его смерть более реальной. Насколько это было глупо? Я стояла прямо рядом с его мертвым телом, и только когда он не ответил, это заставило ощутить меня его реальную смерть.

— Я не… Я не готова отпустить тебя, — прошептала я.

Я разразилась громкими рыданиями, когда услышала, как к нашему дому подъехала машина. Я взглянула в окно и сквозь сетчатую занавеску увидела катафалк. Он заберет моего дядю из родительского дома и привезет его в церковь на заупокойную мессу, а затем к месту его последнего упокоения на кладбище.

Я начала паниковать. У меня больше не было времени.

— Я люблю тебя всем своим сердцем. Ты б-был лучшим дядей и др-другом, о котором могла бы мечтать любая девушка. Я хочу, чтобы ты з-знал, что я всегда тебя обожала, и мне так жаль, ч-что я тебя бросила. Мне очень жаль, дядя Гарри. Пожалуйста, прости меня.

Я наклонилась над гробом и положила голову на его твердую, холодную грудь, когда рыдания сотрясли мое тело. Я ненавидела, что мои рыдания поднялись до такой степени, что заставили мою мать, бабушку и друзей семьи выйти за пределы гостиной. Я не хотела расстраивать их еще больше, чем они уже были, но я не могла контролировать эмоции, которые нахлынули на меня. Я не знала, как долго я плакала на груди у дяди, но, когда я почувствовала руки на своих бедрах, я совсем потеряла самообладание.

— Нет! — воскликнула я и выпрямилась над дядей. — Мне н-нужно еще несколько м-минут.

Я почувствовала, как чей-то лоб прижался к моему затылку, и руки на моих бедрах крепко сжали меня.

— Пойдем, малышка Лэйни.

Кейл.

— Я не могу, Кейл, — захныкала я. — Я не могу оставить его. Я н-не могу этого сделать.

Я даже не могла позволить себе сосредоточиться на том факте, что Кейл прикасался ко мне, я была слишком расстроена тем, что в последний раз прощалась со своим дорогим дядей. Я посмотрела на дверь гостиной, когда она открылась, и вошли мужчины, одетые в черные костюмы.

— Кейл, пожалуйста, — простонала я и повернулась в его объятиях. — Не позволяй им з-забрать его, пожалуйста.

Я посмотрела на Кейла и сквозь затуманенные глаза увидела, что его налитые кровью глаза цвета виски смотрят на меня сверху вниз.

— Мне жаль, — прошептал он.

— Пожалуйста, — взмолилась я. — Я не смогу жить б-без него. П-пожалуйста.

Кейл крепко зажмурился, боль, которую он чувствовал, была написана на его лице.

— Кто будет присутствовать на заключительном закрытии? — пробормотал мужской голос.

— Я сделаю это, — ответил голос моего отца.

Я повернулась, еще раз посмотрела на дядю и прошептала: — Прощай, дядя Гарри.

Я знала, что тогда должна была уйти, но не могла пошевелить ногами, которые застыли на месте. Мне было все равно, потому что я не хотела уходить, но дело было не в том, чего я хотела. Речь шла о моем дяде и о том, чтобы устроить ему самые лучшие проводы. И все же, несмотря на это, я все еще не могла заставить себя выйти из комнаты.

Кейл тоже это знал, потому что без предупреждения мои ноги оторвались от земли, и какое-то мгновение я боролась с ним, когда он вынес меня из комнаты, но как только мы вышли в коридор, я вцепилась в него и плакала, пока в моем теле не осталось ни единой слезинки. Он молча обнимал меня все это время, целовал в голову и раскачивал нас из стороны в сторону, пока мои рыдания не превратились в всхлипы.

— Прости, — прошептала я, чувствуя себя ужасно из-за того, что использовала его в качестве своего плеча, на которое я могла опереться, когда не имела права просить его об этом. Я не имела права ни о чем его просить.

Он сжал меня.

— Я здесь для тебя, Лэйн. Всегда.

Тогда появилось еще больше слез, и сожаление окутало меня и толкнуло еще глубже в страдание. Больше всего на свете я хотела быть рядом с ним, когда он нуждался во мне, как он был рядом со мной сейчас, но в этом была разница между мной и Кейлом.

Он был бескорыстен, а я была эгоистична.

— Пора, милая, — пробормотал он.

Я беззвучно повернулась и направилась к выходу, где обнаружила, что сад, а также дорога и тропинки были полны людей. Это заставило меня заплакать еще сильнее. Мои братья нашли Кейла и меня, и оба обняли меня, когда увидели, в каком я состоянии. Мы подошли к моей бабушке, матери и отцу, которых больше не было с моим дядей, и это означало, что его гроб был закрыт в последний раз.

Я держала Кейла за руку и сжимала ее, пока гроб моего дяди выносили из дома моих родителей и загружали в катафалк. Моя семья и Кейл сели в черную семейную машину, которая ехала за катафалком. Я села рядом с Кейлом, что было неудивительно, учитывая, что я не отпускала его руку с тех пор, как он предложил ее мне.

Я положила голову ему на плечо, пока мы ехали в церковь на заупокойную мессу. Поездка в церковь оказалась быстрее, чем мне бы хотелось. Когда мы вышли из машины, Кейл отпустил меня, чтобы он, мои братья и отец могли присоединиться к людям, несущим гроб.

Я взяла бабушку и маму за руки, и мы вместе заплакали, медленно входя за гробом в церковь. Я смотрела, как гроб спускают с плеч мужчин на подставку, которая стояла перед алтарем, вместе с несколькими букетами цветов, табличками с именами и красивой фотографией счастливо улыбающегося дяди.