— Ладно, ребята. Это мое задание. Возвращайтесь в свое время и дайте мне спасти историю Марса, — отчеканил капитан.

Эдвард уже не выдержал и бросился в его сторону с кулаками, но Гюстав успел его перехватить.

— Спокойно, — сказал он. — Может, нам действительно стоит предоставить это ему?

— Ты что, дебил?! Он сумасшедший путешественник во времени. Я не позволю, чтобы какой пацан с шизофренией остался в этом веке один!

— Не мысли узко. Может, он говорит правду?

— А еще он вас слышит, — заметил Томас, а потом резко выставил перед собой серебристое оружие с широким стволом. — Мне, правда, очень неловко, но я не намерен больше церемониться. Из-за этого типа по имени Чарльз Келли изменился мир. Так что валите отсюда со своими допотопными знаниями и предоставьте это дело профессиональному агенту во времени.

Эдвард и Гюстав в замешательстве подняли руки и переглянулись. Теперь сумасшедший капитан не только раздражал, но еще и пугал. Кто знает, на что он способен?

— А если не свалим? — решил узнать Эдвард.

— Я вас расщиплю, и от вас даже мокрого места не останется. Оу, — вдруг проговорил Томас, глянув на запястье Эда и заметив черный ремешок с голографическими часами. — Я был прав. Вы из железобетонного. Век двадцать первый или двадцать второй, если не ошибаюсь?

— Середина двадцать первого, — ответил Гюстав.

— Ну а ты, супер продвинутый марсианин, из какого? — Эдвард постарался сделать безразличный тон, но все же ему было интересно, что тот на это ответит.

— Из сорок первого, — просто ответил Томас.

— Не верю.

— Пожалуйста. — Тот только пожал плечами. — Мне ваша вера не нужна.

— Быть может, мы с вами как-то договоримся? — предложил Гюстав. — Давайте работать вместе. Судя по всему, ни вы, ни тем более мы не собираемся отсюда уходить. Так давайте же объединим усилия и спасем историю вместе!

— Назовите хоть одну причину вас не убивать.

— Убив нас, придурок, ты изменишь свое настоящее. Как ты вообще работаешь?! — возмутился Эдвард. — Есть ли кто-то над тобой или ты доброволец от народа? Мы работаем в полицейском отделении и занимаемся спасением истории уже несколько лет.

— Откуда мне знать, что вы действительно пришли сюда спасать историю? — не унимался Томас.

Вместо ответа Эдвард вывел с часов свое удостоверение с фотографией.

Томас опустил пистолет, вчитался в удостоверение и во все глаза уставился на новых знакомых.

— Дебюсси? — проговорил он в замешательстве. — Вы же создали… — Тут Томас резко замолчал, прикусив губу.

— Создал что? — спросил Эдвард.

— Нет-нет. Я спутал, это был другой Эдуард Дебюсси. Он был из двадцать третьего века. Быть может, это ваш потомок, кто знает, — протараторил Томас не очень-то убедительно.

— Значит, мы договорились? — полюбопытствовал Гюстав.

— О чем? — не понял Томас.

— Ну, вы нас не убиваете и все такое, и мы спасем историю вместе.

— Думаю… — парень был взволнован и словно к чему-то прислушивался. Наверное, к голосу, который беседовал с ним в ухе. — Да.

— Вот и отлично! — Гюстав хлопнул в ладоши. — Эдвард? Согласись, что его помощь нам пригодится.

— Я не понимаю, какого черта тут вообще происходит. Но я не собираюсь выпускать этого типа из своего поля зрения.

— Вы извините, что угрожал, — затараторил Томас. — Я, конечно же, не собирался стрелять. Есть протокол, так что если бы я вас убил, меня бы посадили. Я просто хотел припугнуть.

— Кто-то звонит, — сообщил Эд, пропустив слова странного парня мимо ушей, и глянул на часы.

— Жаклин разволновалась? — предположил Гюстав. — Или Эдит пришла? Мне никто не звонит.

— Это мой брат, — в смятении сказал Эд и принял вызов. Говорил он уже на французском.

— Дай наушник, — попросил Гюстав. — Или сделай громче.

Эд от него только отмахнулся. Впрочем, Гюставу тоже позвонили, и ему пришлось отвлечься на звонок.

— Решил я, значит, узнать, как дела у моего любимого братца, — заговорили из наушника Эдварда. — Заглянул к нему на огонек, а его нет дома! Он, видите ли, в очередной раз отправился спасать мир.

— Время-то видел?! В Париже ночь!

— В Нью-Йорке вечер, — возразил Леон. — Я сразу после работы.

— И что? Это отменяет разницу во времени? — огрызнулся Эд. — И вообще, откуда ты взял этот номер? Он рабочий.

— Жаклин дала. Тут у вас еще какая-то цыпа. Говорят, Вашингтон больше не президент. А еще наша французская Госпожа президент тоже больше не президент. А Англия — республика!

— Надо полагать, что настоящее сильно изменилось, — пробормотал Эдвард, не очень-то удивившись. — Но мы тут, как бы, разбираемся с этим, так что если у тебя что-то срочное, то говори, если нет, позволь нам разобраться.