— А вот и мы!
– бодро объявляю я, переводя взгляд с Ильдара на Камиля.

Если насчет вкусненького от Галии-апа я не ошиблась и на столе появилась новая порция невиданных мной яств, включая тонко нарубленные куски мяса и подрумяненные завитки теста, то с реакцией Камиля на ошибку брата явно прогадала. Таким разгневанным я не видела его никогда. В глазах плещется угрожающий огонь, а между бровей залегла тяжелая складка, добавляющая ему минимум пару лет.

Ильдар же выглядит таким бледным и потерянным, что даже на нас не смотрит.

— Все в порядке? — осторожно интересуюсь я.

Ответом мне служат игнор и молчание. Я раздраженно скриплю зубами: тут у ребенка вообще-то день рождения. Могли бы свои разборки отложить на потом.

— Публичную порку здесь устраивать ни к чему, - буркаю я, беря за руку притихшую Карину. — У вас еще куча времени для этого будет.

Я мгновенно жалею о своих словах, потому что пышущий ледяным пламенем взгляд устремляется на меня. Прищурившись, Камиль медленно выговаривает:

— Я, так понимаю, ты тоже была в курсе?

По спине пробегает противный липкий холодок. Я ни в чем не виновата, но в эту самую секунду чувствую себя едва ли не соучастницей.

— Кам… — пытается вмешаться Ильдар. —Я Дине совсем недавно сказал и то…

— Не с тобой разговариваю, - грубо отрубает Камиль, заставляя меня вздрогнуть. Галия-апа, склонившаяся в этот момент над столом, беззвучно покидает гостиную.

— Если уж ты решил, что день рождения твоей дочки - подходящее время для разборок, отвечу «да», - чеканю я, с вызовов задрав подбородок.
– С недавнего времени я знаю о проблемах, в которые попал Ильдар. Что теперь сделаешь? Уволишь? Или воспользуешься старыми проверенными методами?

Лицо Камиля багровеет.

— Ты вроде бы себя умной считаешь. Почему ума не хватило мне сказать?

Так он еще ни разу со мной разговаривал, поэтому я не сразу нахожусь с ответом и в течение нескольких секунд просто ловлю ртом воздух, борясь с ощущением того, что меня только что прилюдно унизили.

— Уверен, что мне не все стоит хранить от вас в секрете? — выдыхаю я, когда первый шок сходит. Переведя взгляд на Карину, ласково треплю ее по голове: — Малыш, приятно было присутствовать на твоем днем рождении, но я пойду. Как-нибудь в другой раз увидимся.

___ Друзья, прошу прощения за очередную задержку) Встречала и развлекала дорогую Ольгу Вечную , многим вам известную)

Сидя в такси по дороге к дому я киплю от бешенства и продолжаю кипеть даже после того, как оказываюсь сидеть на собственной кухне с кружкой мятного чая. Фитотерапия не справляется с возложенной на нее миссией успокоения, поэтому приходится запить все крепким кофе. Вот что о себе возомнил этот мамонт? Что наняв меня на работу, заимел преданного шпиона, обязанного докладывать обо всех катаклизмах? Или секс со мной дал ему право разговаривать со мной, как с прислугой? «Ты вроде умной себя считаешь?»

То есть он мне зарплату за красивые глаза платит, и к себе в кабинет советоваться просто так зовет? С Ильдаром пусть разговаривает как угодно. Может, у них в семье это и нормально - приказывать заткнуться, но со мной такие номера точно не пройдут.

От неконтролируемой злости я даже ударяю кулаком о стол. Великовозрастный самодур. Устроил разборки в день рождения дочери. И ведь никто ему слова поперек сказать не может: ни Ильдар, ни тем более перепуганная Галия-апа. Интересно, если бы Карина возмутилась тем, что ей испортили праздник - Камиль бы и ее рот заткнул?

Да-а. Не ожидала я такого поворота, что уж говорить. Благодаря тесному рабочему общению, прошлое Камиля постепенно стерлось из моей памяти, а его образ стал стремиться к идеалу. Умный, рассудительный, справедливый, не бросающий слов на ветер. Даже его попытку подсунуть меня Ильдару я мысленно смогла оправдать заботой о тех, кто ему дорог. Но это… Публично уязвить меня на дне рождении дочери, поставив под сомнение мои умственные способности? После месяцев преданной и честной работы, включающей сверхурочные? После того, как помог перевозить мои вещи? После того, как трахнул меня на своем столе?

Не выдержав напора эмоций, я вскакиваю со стула и уношусь в гостиную, чтобы там, грохоча пятками, наматывать там бесполезные круги. И хотя бы извинился ради приличий на прощанье… Нет же. Просто молча позволил мне уйти. Ильдар хотя бы попытался успокоить меня в дверях, хотя ему это было явно нужнее, чем мне.

Будто откликнувшись на мои мысли, в этот момент раздается телефонный звонок от Ильдара. Отфыркнувшись, я принимаю вызов.

— Привет, - звучит его приглушенный голос. — Ты как? Сильно злишься?