— Еще как научил. Из них двоих Стив, пожалуй, гитарист получше, но ему недоставало полета фантазии Джеко — его поэтического дара, умения создавать мелодии и аранжировки. Достаточно было сыграть что-нибудь разок перед Стивом, и он мог тут же воспроизвести все произведение. Но волшебства в его музыке вы бы не услышали. Магия нот — это было по части Джеко.

— Вы говорите так, будто знали его, — заметила Лия.

— Я через него познакомился со Стивом — мы оба работали в гастрольной команде «Дизел Рэтс». Я завязал с музыкой и вернулся в резервацию как раз перед тем, как у них началась вся эта непруха — ну вы же наверняка в курсе про передозировку Салли, срыв Марти, роман Тони с Конвеем. В общем, скверная штука вышла, как мы тогда говаривали.

Писательница уставилась на Морагу, мысленно перебирая образы со старых фотографий, домашних и напечатанных в газетах и журналах, с концертных съемок и из любительских фильмов. Ее в общем-то интересовала сама группа, Джексон в особенности, а на тусовщиков и парней из выездной команды она внимания практически не обращала.

— Вы вправду работали в гастрольной команде «Дизел Рэтс»?

Морагу кивнул.

— А сейчас? Все еще занимаетесь музыкой?

Мужчина рассмеялся.

— Не в том смысле, в каком вы себе представляете. Я вернулся домой в резервацию, и теперь я шаман племени.

После всего происшедшего сегодня принять тот факт, что сидящий перед Лией человек является шаманом, способным, вероятно, оперировать настоящей магией, не составляло особого труда. И ее мгновенно заинтересовало, почему же тогда он не обратится к этой своей магии, чтобы помочь Эгги.

— А вы не можете излечить Эгги? — спросила Мариса, несомненно подумавшая о том же самом.

— Мог бы попробовать. Беда в том, что она не у себя.

Лия и Мариса озадаченно переглянулись.

— Что вы имеете в виду? — спросила Лия.

— Ее дух где-то блуждает. Чтобы провести обряд излечения, мне нужно, чтобы она находилась в своем теле. — Во взглядах обеих женщин по-прежнему отражалось непонимание, и Морагу пояснил: — Мой обряд обращен к духу. Я всего лишь учу его, как победить болезнь и исцелить рану. Но ее дух покинул тело, поэтому я не могу ему спеть.

— Но ведь Эгги еще жива, — удивилась Мариса. — Разве утрата духа или души не означает смерть?

— Дух у нее есть. Ведь именно он и делает нас такими, какие мы есть. Проблема в другом. Вы ведь знаете, что во время сна наш дух путешествует в иные миры?

Подруги покачали головами.

— Поверьте мне, это именно так. Пока наши тела спят, мы все посещаем миры грез, просто наяву не помним этих путешествий.

— Значит, она… грезит? — спросила Мариса.

— В некотором роде. Необходимо дождаться момента, когда ее дух вернется в тело, и тогда я спою лечебную песнь. А до той поры приходится полагаться на медицину пятипалых, поддерживающую в ней жизнь. Нам остается ждать и молиться за ее жизнь.

Постичь все это было не так-то просто. Мариса и Лия вновь переглянулись.

— У меня такое чувство, будто я все еще в ином мире, — проговорила писательница.

— И ожидание — сущая пытка, — кивнула подруга.

— Верно, — согласился Морагу. — Особенно в ситуации вроде нынешней, когда ничего поделать нельзя.

Все погрузились в молчание, и снова мучительно долго потянулось время.

В конце концов Лия не выдержала и спросила — скорее чтобы отвлечься, нежели из настоящего любопытства:

— Так вы вправду когда-то работали с «Дизел Рэтс»?

В ответ шаман достал бумажник и вытащил оттуда основательно потрепанную фотографию.

— Это мы со Стивом перед началом последнего тура, — пояснил он и протянул снимок Лие.

Мариса тоже склонилась, чтобы рассмотреть предложенную реликвию. Черно-белую фотографию подпортили складка да обшарпанные уголки, однако распознать черты запечатленных на ней двух мужчин — индейца и белого — не составляло никакого труда. Это оказались их новый знакомый Морагу и… мужчина, невероятно похожий на Джексона Коула. Впрочем, если приглядеться, можно было заметить, что стрижка у него покороче, нежели обычно носил музыкант, а мышцы сильнее бугрятся под майкой и джинсовыми шортами. Но по всему остальному, не предупреди Морагу ее заранее, Лия не колеблясь заключила бы, что это Джексон.

Ее вдруг охватило ощущение дежавю.

— Это же фрагмент большой фотографии? — спросила она.

Двое мужчин, по всей видимости, находились в окружении других людей, на которых, однако, указывали лишь обрывочные детали — там край плеча, здесь часть колена.

Морагу кивнул, и тогда женщина достала телефон и зашла в сеть. Буквально через несколько секунд она обнаружила нужный снимок. Фотография вправду оказалась известной: на ней в последний раз, еще до всех обрушившихся несчастий, была запечатлена группа в полном составе — активная, полная сил и замыслов команда. Как Морагу и говорил, снимок сделали перед последним туром — музыканты и гастрольная команда позировали на трибуне одного из калифорнийских стадионов. Лия увеличила изображение и отыскала Джексона Коула, затем принялась перемещать фотографию и рассматривать лица, пока не наткнулась на фрагмент с Морагу и Стивом — в точности такой, как тот, что хранился в бумажнике шамана.