Музыкант плавно увел музыку и аккуратно положил смычок на пюпитр рядом с собой. Затем снова внимательно посмотрел на сидящих. Ему были хорошо видны и девушка, и ее ухажер. Мама модницы сидела к нему спиной, и поэтому об эмоциях на её лице он мог только догадываться.

– Вот какое дело, – неотступно смотря на женщину, протокольно заговорил Ларри. – Я вижу в вашей дочери хорошую супругу. Уведомляю вас, что намерен на ней жениться.

– Как приятно это слышать, – скрестив обе руки на груди, сказала женщина. – Если вы ждете моего согласия, то я вас благословляю.

– Вот и решили вопрос, – без лишних эмоций мужчина посмотрел на молодую девушку.

Мать спохватилась и побежала на кухню.

– Я сейчас, – сказала она на бегу.

Ей нужно было скрыть слезы радости, отдышаться и, наконец, прийти в себя. Вернулась женщина к гостям собранной и свежей. Что-то изменилось в ее осанке, неуловимое, скрытое от музыканта, неясное дочери. В таких случаях говорят “словно помолодела”.

Музыкант, как незримый гость, тоже испытывал радость. Счастье перешагнуло порог очередного дома и обещало светлое будущее новой семье. Мажорным маршем он подчёркивал торжественность помолвки.

Ларри принялся рассказывать о ближайших планах прокатится по Европе, упомянул что скоро его ждет продвижение по карьерной лестнице. Он даже поделился проектом их дома, который уже обсудил со строительной компанией. Ларри не сводил глаз с будущей супруги, что очень нравилось матери. Все это звучало как услада для неё.

Девушка чувствовала доброе расположение матери и прекрасно видела, как сверкали ее глаза. Как и мама, она поверхностно слушала монотонные описания Ларри. Смотрела, как раздуваются ноздри увлеченного рассказами любимого и улыбалась. Она ловила отрывками суть сказанного и то и дело погружалась в свои фантазии об их счастливой жизни. Голос будущего мужа звучал так уверенно и еще больше пленял девушку. Они с матерью переглянулись и радостно улыбнулись друг другу. Девушка вновь повернулась к Ларри, но чувствовала, как мать продолжала наблюдать за ней. Щеки ее загорелись и грудь поднималась.

Ларри остановился. Точка в рассказе вернула дам к действительности.

– Спасибо, что поделился, Ларри, – быстро нашлась, что сказать мама девушки. – Пора бы нам открыть еще одну бутылку вина. Я сейчас.

– Но тут же еще полбутылки, – вопросительно сказал мужчина вдогонку.

Женщина, не ответив, скрылась за шторами и прошла дальше по кухне.

“Видимо, у них там кладовая или вход в подвал”, – подумал Ларри.

– Раз уж мы остались одни, может сразу начать с планирования ребенка? – наклонившись к девушке, шутливо спросил Ларри.

– Думаю, придется немного повременить, мама сейчас вернется, – шутливо ответила молодая девушка. – Ларри, она всего лишь спустилась за вином.

Оба тихо засмеялись.

Ларри разлил оставшееся в бутылке между собой и будущей супругой, вручил ей, сидящей рядом, бокалы, и они чокнулись. Девушка немного пригубила свое вино, а Ларри выпил до дна.

Мама, действительно, вскоре вернулась с новой запыленной бутылкой и чистыми бокалами. Протерев сосуд с вином влажным полотенцем, она передала ее Ларри. Тот умело откупорил бутылку и наполнил бокалы.

– Что это, Кюрасао? Бутылка похожа на винную, – переспросил мужчина.

– Это вино, – ответила мать девушки.

– Папа научился делать натуральное голубое вино. Его вдохновили рассказы прадеда о том, что индейцы для своих ритуалов использовали какой-то особенный напиток, – принялась объяснять девушка. – Оказалось, что в его составе нет ничего странного, и по большей части оно состоит из смеси белого и красного винограда.

– Не все так просто, – возразила мама. – В синем винограде есть растительный пигмент антоциан, который и придает вину фиолетовый оттенок. Папа еще вычитал что можно извлекать краситель из органических соединений определенных растений и листьев, кажется, индиго. Очень непростой напиток, на него уходит уйма времени. Кроме того, что надо сделать белое и красное вина, нужно еще извлечь экстракты. Я уж не говорю о сложных, особых фильтрованиях для удаления осадка.

– Папа потратил много времени на эксперименты и пришел к довольно хорошим результатам, – заключила дочь. – Он изучал дедулины дневники, где говорилось о том, как индейцы добивались натуральных цветов. Даже я запомнила, – она принялась загибать пальцы на перечисляемые цвета. – Черный можно добыть из угля или пепла, желтый — из коры, синий — черника, зеленый — мох и водоросли, оранжевый – аннато.

– У нас осталось не так много таких бутылок в подвале, потому мы и открываем их по случаю самых важных событий, – сказала мама девушки, словно чувствуя за собой вечную надобность в заключительной фразе. – Мой муж унес свой секрет вместе с собой. Говорят, европейцы стали производить что-то подобное, но наш папа был первым.

– Индейцы были первыми, – посмотрев на маму с улыбкой, добавила дочь.

– Может и так, – встретившись с ней глазами, согласилась женщина.

К этому моменту Ларри разлил по всем бокалам голубое вино, и присутствующие подняли бокалы к тосту.

– Я долго ждала этого момента, – сказала пожилая женщина. – Я мечтала о том, чтобы передать тебе эту семейную реликвию. Ты знаешь, как для меня это важно, это наша традиция.

Она передала дочери кольцо в шкатулке и сертификат.

– Теперь пусть оно будет у тебя, моя дорогая. Дальше уже ты передашь его моей внучке, потом она передаст твоей внучке… Желаю вам счастья, дети!