— Потому что человечество относится к неполноценным расам, не способным полностью адаптироваться к окружающей среде. Таких рас — подавляющее большинство. Будучи не в состоянии приспособиться сами, они начинают заниматься извращением: адаптируют под свои нужды окружающую среду. В конце концов этот процесс доходит до логического конца: прекратив уничтожение природы, они начинают сами создавать удобную для себя среду обитания, вначале реальную, потом виртуальную. И чем быстрее они переходят к этой последней стадии, тем больше шансов на последующее восстановление биосферы. А на Земле, согласитесь, уникальная природа… Наша миссия, миссия Хранителей, как раз и заключается в том, чтобы помочь вам уйти в виртуальный мир. Его вы сможете совершенствовать, покорять, калечить сколько угодно — но уже без причинения вреда миру реальному… Нашему миру! А теперь мой вопрос: почему вы назвали меня колонией микроорганизмов?

Я по-прежнему стараюсь говорить медленно, с большими паузами между предложениями. Посмотреть на дисплейчик теркома я не могу, время, прошедшее после вылета группы чистильщиков, оцениваю весьма приблизительно. Как медленно оно тянется…

— Потому что только колония микроорганизмов, каждый из которых обладает фантастическими адаптационными способностями, может создать своего рода сверхорганизм, способный выделывать те фокусы, которые мы наблюдали. Или мы ошибаемся?

— Не буду вас разуверять, вы все равно мне не поверите. Но знай, самозванец: если кто и имеет право носить имя Заратустра, то это я, а не ты! Более того, именно я — тот сверхчеловек, о скором появлении которого вещал Ницше!

— Почему ты так решил?

— Потому что я в отличие от людей действую рационально, а значит, разумно в любой ситуации. Потому что мне полностью подвластно мое тело и я могу принимать наиболее рациональную для конкретной обстановки форму. Потому что я свободен от всех предрассудков, свойственных обывателю. Потому что я живу в полной гармонии с природой. Потому что я, наконец, бессмертен!

Замолчав, я наслаждаюсь паузой.

Вот так вот, обыватели. Вы все сейчас умрете, и не просто так, но униженными и оскорбленными. На эти мои слова вам нечего возразить. Единственное чувство, которое вы сейчас должны испытывать, — благодарность к высшему существу, снизошедшему до разговора — и даже спора! — с вами.

— Я не читал Ницше, — равнодушно говорит Юрчик. — И ты не сверхчеловек, а нелюдь, нечеловек. Я считаю тебя недочеловеком, ты себя — перечеловеком. Но наш спор бессмыслен. Ты, мне кажется, просто тянешь время. Для чего?

Наивный Юрчик полагает, что я, на волне откровения, сейчас расскажу ему все, в том числе — и о его смерти, приближающейся к фуре со скоростью триста пятьдесят километров в час. Но сообщать человеку о его очень скорой и совершенно безвременной кончине — негуманно!

А в данном случае — и нерационально.

— Ты… не читал Ницше? Однако. Чему вас только в школе учили? Жаль, что ты не сможешь оценить весь комизм, всю иронию ситуации, в которую попал. Но тогда почему — Заратустра?

— Потому что Заратустра, основатель зороастризма, боролся с демонами, и не только молитвой, но и оружием. А вы для нас — демоны, разумные существа с иной, нежели у людей, целью существования и другими этическими принципами. Вот скажи, в чем заключается смысл существования вашей цивилизации?

Я настраиваю свой единственный датчик звуковых колебаний так, чтобы его максимальная чувствительность была в диапазоне низких частот, и пытаюсь расслышать гул вертолета. Мне понадобится некоторое время, чтобы закрыть орган слуха ороговевшими клетками, способными некоторое время выдерживать высокую температуру. Голос Юрчика меняется, но речь остается достаточно разборчивой.

— А вашей?

— В превращении в Сверхцивилизацию. Надеюсь, тебе не нужно пояснять, что это такое?

— Не нужно. А мы осуществляем экспансию для того, чтобы не допустить появления Сверхцивилизаций.

— Чем же они вам не угодили?

— Тем, что нарушают, искажают, извращают волю Демиурга, создавшего Вселенную.

— А может быть, Сверхцивилизации — орудие Демиурга, посредством которого он пытается улучшить свое творение? Кто дал вам право говорить от его имени?

Кажется, я что-то слышу. Вертолет? Пора прятаться под панцирь?

— Право не дают, его завоевывают в упорной тысячелетней борьбе. И мы по праву владеем правом укрощать покорителей Вселенной, Вы ведь считаете себя покорителями, не так ли? Вначале вы покоряли природу своей собственной планеты — и почти полностью ее уничтожили. Потом пытались колонизировать другие планеты Солнечной системы. Но, к счастью, этот процесс был — не без нашей помощи — приостановлен. До планет даже ближайших звезд ваши жадные руки уже не дотянутся! Что касается улучшения… Даже среди вас есть умные люди, которые понимают: мир совершенен и не нуждается ни в каких изменениях! Сомневаться в этом непреложном факте — значит оскорблять Демиурга! Миром можно любоваться, жизнью нужно наслаждаться, всякое вмешательство в жизнь природы — преступно!

— Тебе бы на митингах «зеленых» выступать! — восхищается Клео. — Но, оставляя в стороне предвыборную демагогию, скажи честно — чего вы добиваетесь?

Поздно, милочка, поздно. Я вам уже ничего не скажу. Источник слабого гудения, которое я слышу, — несомненно, вертолет. Через несколько секунд наша дискуссия закончится вполне естественным образом — уцелевшей стороне станет не с кем спорить.