Она двигает бёдрами, явно игнорируя меня. Наклоняясь вперёд, она касается лёгким поцелуем моих губ, а потом прокладывает дорожку по моей шее.

Они ни без причины называют это безумием. Желание пронзает чувства — оплодотворить, потреблять и пребывать внутри удовольствия, которое создается двумя душами, объединёнными в одно целое.

Она вонзает зубы в кожу, и я поднимаю руку, чтобы сжать её волосы в кулак и прижать к себе.

Слегка наклонив её голову в сторону, я освобождаю место для себя, чтобы ощутить вкус жизни, которая мне предлагается; Тессера, наше будущее и новорождённый, которого мы с гордостью создаем вместе.

В жизни мы всегда найдём способ справиться с трудностями, которые встречаются на нашем пути.

Легенда или нет, правила жизни или нет, но нет ничего могущественнее, чем воля к жизни, стремление размножаться и развиваться.

Добро или зло, в конце концов, может и не иметь значения, важен результат и у кого хватит сил бороться за то, что правильно.

В промежутках между войнами необходимо создавать семью. Не только для того, чтобы укрепить и сформировать связь между сёстрами, но и для того, чтобы создать новую жизнь, становясь сильнее во всех отношениях, чтобы смотреть в будущее, укрепляя, и противостоять чему угодно.

Тессера ахает и запрокидывает голову, выгнув спину, чтобы ощутить эйфорию, создаваемую нашими телами. Я чувствую, как мой член начинает пульсировать, и я кончаю внутри неё.

Выкрикивая её имя, я пытаюсь держать глаза открытыми, упиваясь самым прекрасным зрелищем — моей женщиной. За её спиной распростёрты белые крылья. Это абсолютная картина силы, свободы и жизни.

Я скольжу пальцами вниз по её телу и останавливаюсь на обнажённом животе Тессеры, по которому стекают капли воды. Представляя, как её живот округляется, а внутри наш ребёнок, и член вновь твёрд, как скала.

— Ещё раз, — рычу я, заставляя её пристально посмотреть на меня.

Я лукаво улыбаюсь.

— И кто сейчас у руля грёбаного безумия?

— Не имеет значения, потому что другой всегда последует за первым, — отвечаю я ей и с этими словами переворачиваю нас и начинаю вонзаться в неё.

— Всегда, — клятва срывается с её губ стоном.

Пока на этой планете существовала жизнь, мы сражались, правили и любили. Лица в шрамах, разбитые сердца, но все обладающие способностью расцветать, открываясь внутренней красоте.

Нам пора объединиться, и я, чёрт возьми, уверен, что столкнусь со всеми препятствиями, что бросит мне жизнь, чтобы продолжить жить с Тессерой, позволяя нашим детям оставлять следы на грязной дороге, которая называется жизнью.

КОНЕЦ