«Бедный… голодный…»

Не давало перевести дыхание и беспокойство за пленников.

Хагриши, пока их не утащили по палаткам, издевались над фадхами, тыкая в детей длинными палками.

Вот кто был по истине суками! У меня сердце кровью обливалось, но я тихо лежала, боясь пошевелиться.

Бросаться на амбразуру прямо сейчас – очень плохая идея. Очень плохая!

Простите, «просрать» единственный шанс на внезапное нападение – это крах! Я без того далеко не ассасин, а тут ещё атака в лоб!

Когда стоны по всему лагерю затихли, я крепко зажмурилась, собираясь с духом.

Дыхание моего надзирателя минут двадцать как отличалось спокойной плавностью.

Ориентируясь на внутренние чувства, сделала глубокий вдох.

«Пора…»

Молясь про себя всем святым, огляделась. Убедилась, что патруль стоит не ближе тридцати метров от моей будки и стража, посапывающего рядом с ней на своём стуле.

Осторожно выползла наружу.

С земли подниматься побоялась. Факелы отбрасывали любую тень. Я поостереглась испытывать зоркость хаграши.

Ползком добралась до хаграши и замерла возле его правого сапога, из которого торчал кинжал.

Одно дело желать кому-то смерти и совсем другое убивать!

Барсик решил мою дилемму.

Кот громко мяукнул, жутко меня этим напугав.

Хаграши всхрапнул… а в следующую секунду медленно съехал со стула… с кинжалом в горле.

Даже глаза не успел открыть.

А я… я, как идиотка, застыла в руке с кинжалом самого хаграши, не понимая… кто убил демона?!

Перепугано оглядевшись, поймала взгляд пленника.

Избитый парень буравил меня взглядом, опуская руку после броска. Серые глаза напоминали жидкую ртуть. Лицо молодого мужчины было измазано кровью. Волосы сильно спутаны и грязны.

Парень дёрнул головой, жестом приказывая подойти.

– Открой дверь. Ты же можешь? – немного взволнованно спросил молодой мужчина на чистом зортанском. Как один из древнейших, зортанский считался мировым языком. На нём говорили все народы и расы. – Фадхи слишком малы, а я полностью иссушён.

Без слов, обхватила затвор обеими руками и зажмурилась, пытаясь увидеть внутренним зрением потоки. Для меня это было самой сложной частью в материи, но то ли стресс сегодня помог мне справиться с концентрацией быстрее, то ли удача, наконец, решила повернуться ко мне хотя бы полубоком.

Пленник был освобождён через минуту.

Парень скинул с себя плед и неслышно шмыгнул к убитому.

«Блин… вот, кто ассасин!»

Я оценила силу парня. Он легко приподнял здорового охранника и «упаковал» в моей будке. Бруски даже не заскрипели! В кромешной темноте силуэт хаграши виделся большой кучкой.

– Сейчас я выпущу малышню, и надо уходить.

– Нет. Они нас догонят, как только увидят, что пленники пропали.

Парень поморщился

– И что ты предлагаешь?!

Я для себя уже решила.

– Вы уходите. Я остаюсь… у меня только одна просьба – заберите кота. Его Барсик зовут.

Парень, на вид не старше моего, схватил меня за руку и стиснул до боли запястье.

– Нет. Что ещё за бред!? Пойдёшь с нами. Только фадхов освободи.

– Я… – горло перехватило. – С какой стати ты командуешь?! Я первый раз тебя вижу.

– Первый, – прищурился и согласно кивнул парень, испепеляя меня с высоты своего роста. – Но меня мама правильно воспитала. Я никогда не брошу девчонку на растерзание таким… уродам. – Однозначно парень собирался сказать что-то позабористее, но передумал.

Мне было не до церемоний.

– Они убили моего друга, – я тихо всхлипнула, чувствуя потребность рассказать о мотивах. – Я так виновата… если бы не вызвала его… Я должна отомстить!

– Тише, – пленник дёрнул меня в тень шатра. – Отомстишь. Я тоже… друга чуть не потерял. Он успел телепортировать, прежде чем… Ладно. Проредим рогатых вместе. Только сначала фадхов отпустим… А кота твоего им отдадим. Пусть прячутся.

Мне осталось только согласно кивнуть.

Снятие магических замков заняло не больше двух минут.

Голубокожие ребятки без разговоров юркнули в ближайшие кусты с вырывающимся Барсиком.

Я выдохнула с облегчением.

«Теперь и умереть не страшно…»

– Отмирай! – Мужчина дёрнул меня за плечо. – Показывай, кому мстить?

– Я сама…

– Тебе нельзя. Псионикам противопоказано насилие. Разве ты не слышала? Связь двухсторонняя. Без разницы: направлено это на вас, или вы сами проповедуете насилие. Магия уходит. От того фадхов все безнаказанно жучат, не боясь получить по полной. Магические способности фадхов направлены на мирные дела.