Это было едва заметно, однако взгляд Ллойда изменился — до этого он был холоден и расслаблен, но сейчас смотрел сквозь Дилана. Он не атаковал, а терпеливо ждал первого шага от принца. Наивный парень снова кинулся на противника, ударил в челюсть, но вдруг почувствовал нечто странное: кулак совершенно точно достиг цели, но не почувствовал никакого сопротивления при ударе. Он пролетел насквозь.

— Я здесь, — с издёвкой сказал Ллойд откуда-то сбоку и со всей дури пнул Дилана по рёбрам.

Парень скорчился от боли и контратаковал ногой с разворота, однако результат повторился — нога прошла «сквозь» противника.

— Промахнулся, — съязвил Ллойд и влепил принцу кулаком в лоб.

— Ты сам сказал — никакой магии! Лживый кусок дерьма! — сокрушался Дилан, хватаясь за лоб и рёбра.

— Так это и не магия! — Ллойд рассмеялся от души.

— Да пошёл ты! — завопил принц и кинулся на него вновь.

— Стой! Довольно! — примирительно сказал главарь шайки.

— А? — сконфуженно спросил Дилан и остановился.

— Ты продержался со мной дольше всех, кого я знаю. Как тебя зовут?

— Ди.

— Ди? Какое странное имя… А фамилия имеется?

— Я не помню. Слишком рано потерял родителей, — соврал принц.

— Из какого ты приюта? — поинтересовался Ллойд. — Мы из «Черничного берега».

— Я… жил в деревне у родственников, которые меня изводили! — на ходу придумал Дилан. — Как только подвернулся случай, я сбежал в город!

— Сочувствую… — искренне сказал Ллойд. — Извини, что приняли тебя за богатого мальчика, который загулялся вдали от дома. Я всё же спрошу — не желаешь присоединиться к нам? Нам бы пригодились талантливые парни как ты.

— Присоединиться? — в Дилане что-то щелкнуло в этот момент. Он чувствовал себя ненужным, а теперь его зовут стать частью нового коллектива.

— Если нужно обдумать предложение — приходи на свалку, всё обсудим! — дружелюбно сказал Ллойд.

— Я подумаю над твоим предложением, — улыбнулся Дилан. — А сейчас, с вашего позволения, я возьму тот стул и старый матрац, который вы помешали взять и удалюсь!

— Да, ради бога! Угощайся! — беспризорники засмеялись.

Дилан кивнул им и поспешил забрать добычу для своего убежища. Кровь так и бурлила от новых ощущений. Надо было всё обдумать, но с минимальными удобствами — иди сюда, кресло!

— Господин! Вы потеряли свою пуговицу! — Дилан невинным голосом окликнул прохожего и не абы какого — номера три в списке самых богатых художников зачарованной краской во всём Штормфронте. Банда Ллойда следила за мэтром искусства Нутым Эбба в течение всей прошлой недели: дети изучали расписание художника, его привычки, знакомства, любимые места… Словом, подошли к делу как заправские маньяки. На столь серьёзное преступление банду толкнул инцидент, произошедший немногим ранее — в городе проводился рейд по отлову заплутавшей нечисти, а потому жители от мала до велика относились ко всему с подозрением, чем и оставили ребят Ллойда, ни много ни мало, на неделю без «карманных» денег на пропитание. Объявление повторного рейда, но уже за расплодившимися щенками варгов, убило в беспризорниках всякую надежду, пока Дилан не познакомил их с миром искусства… Ну, как познакомил… На живые картины всем было, откровенно говоря, плевать, но вот зажиточное состояние их авторов разожгло огонь в рядах мальчишек. Быстро сварганив план, Ллойд при поддержке принца нашёл наиболее уязвимую жертву и с гордостью объявил: «Теперь мы играем по-крупному!». План был прост — выкрасть мастер ключ от поместья художника, когда он выйдет в город на продолжительное время. Ключ, к слову, не просто открывал все двери поместья — он являлся магическим идентификатором владельца недвижимости. Это означало, что без него любое проникновение в дом активирует сложную охранную систему. Так как принц был автором гениальной затеи — его и назначили главным по отвлекающему манёвру, однако перед этим (для верности) беспризорники тайком открыли окна в художественной студии, и краска Эбба за ночь засохла. Об этой вредной привычке дети узнали из наблюдения. Ещё удачно подвернулся поход художника в ресторан, где он позволил себе явно лишнего.

Дилан вежливо протянул узорчатую пуговку мужчине.

— Ох! — художник похлопал по себе в поисках места, откуда могла отвалиться пуговица, увидел пропажу на кармане и протянул руку Дилану, чтобы забрать находку. — Спасибо, парнишка! Что-то я с утра рассеянный…

— Да не за что, добрый господин… — услужливо ответил ему принц и максимально дружелюбно улыбнулся, а сам про себя добавил: «Конечно, рассеянный! Жрать медовуху прямо из бочки весь вечер — кого угодно контуженным сделает! Ваш выход, ребята». Дилан выждал, когда художник отвернётся, дал сигнал группе Троя, а тот с парнями пронёсся мимо Нутова как еле заметный вихрь и тут же скрылся в ближайшей подворотне. Эбба с похмелья так и не понял, что это было, продолжил движение, покачиваясь от головной боли. Дилан бросил взгляд на подворотню, где Трой убедительно кивнул. В этот день простая шпана перешла черту и стала настоящей бандой.

— Ты уже думал, какое выбрать название? — расслабленно спросил Ллойд, закусывая сочным копчёным окороком. Он валялся с Диланом на мягких матрацах в его убежище, которое за пару месяцев превратилось в штаб-квартиру беспризорников. Остальные дети были вынуждены вернуться в приют, чтобы их не хватились.

— Ты о чём? — принц покосился на лидера воров.

— Я о нашей банде говорю, балда! — улыбнулся он. — Мы так долго промышляли мелкими кражами, только и делали, что выживали, а потому не было времени подумать о названии нашего коллектива. А сейчас у нас всё есть! И совру, если скажу, что без тебя бы добились таких высот!

— Ты мне льстишь! Отвали! — Дилан рассмеялся, скрывая смущение от чужой похвалы. Он понимал, что поступает неправильно, вот только они были ему нужны — все эти дети, что видели в принце крутого парня, а не изнеженного наследника трона.

— Давай выберем что-то неброское… — Ллойд выставил руку вперёд к ночному небу. — Знаешь, Ди, я давно повзрослел и перестал мечтать. Сначала мне было больно от осознания этого факта, но потом я как-то вообще забыл про такое слово как «мечты». Вся эта «жизнь» в приюте, кражи, бродяжничество… Не будь со мной ребят — давно бы наложил на себя руки! Жизнь ради них наполняет моё существование смыслом.