Звук перемешивания атласных карт периодически раздавался из клубной комнаты замка Лорда Мрака. За небольшим круглым столом с некромантским декором сидели трое чемпионов тьмы и вяло играли партию в «двадцать одно». На раздаче был Хименес, в кои то веки, отложивший посох подальше (месить карты одной рукой он не умел). По другую сторону стола сидели Джоз и Шаша со скучающими лицами. Хименес бросил им по две карты, ящер посмотрел на свои и тяжко выдохнул:

— Щупальце бы тебе оторвать за такую раздачу! Ещё! — потребовал Джоз, получил карту и от ярости стукнул по столу кулаками. — ЕЩЁ!

— Вообще-то моя очередь брать. Ты хоть правила знаешь? Тут побеждает не тот, у кого больше карт, — отвлеклась от раздумий Шаша.

— Я… это всегда знал! — бодро сказал Джоз и улыбнулся во все острые зубы. Зайчиха поглядела на этот ужас, закатила глаза и соизволила посмотреть собственные карты.

— Мне хватит. Всё равно этот кожаный зелёный наберёт кучу карт и проиграет, — заявила Шаша.

— Будешь брать? — уточнил Хименес. — Остались только мы с тобой.

— Конечно же буду! — обиделся Джоз и выхватил протянутую карту у мудреца. — Да твою ж кальмаровую мамашу! Перебор!

Джоз в ярости вскочил с места, хотел перевернуть стол, но наткнулся на недобрые взгляды товарищей и сел обратно.

— Ты про кальмаров такие вещи не говори! — угрожающим тоном предупредил Хименес.

— Да?! — ящер подался вперёд, поставив руки на стол. — Да на моей родине Кракена жрали! С чего мне бояться угроз тормоза с щупальцами?! А? А?

— Анализирую… — впал в транс Хименес, а Шаша устало вздохнула:

— Ну и зачем ты это сделал? Где мы возьмём нового раздающего, если он вдруг очнётся от транса только завтра?

— Как будто тебе не плевать!

— Мне не плевать, — пожала плечами зайчиха.

— А с виду и не скажешь… Сколько не смотрю на тебя, не могу понять — что у тебя на уме, Шаша? — с интересом спросил Джоз.

— Тебя это не касается, — отмахнулась алхимичка.

— Ну и больно оно мине надо! — ящер сходил к буфету, где отыскал бутылку с нечитаемыми некромантскими каракулями. Стакан искать не стал — уселся на своё место за столом, откупорил крышку и присосался к бутылке под осуждающий взгляд Шаши. — Что уставилась? Тоже хочешь?

— Да нет… просто смотрю на зелёного обрубка, который пьёт бальзамический уксус, представляя, что это алкоголь…

Джоз мгновенно выплюнул жидкость изо рта прямо в лицо Хименесу (но тот не отреагировал):

— Почему раньше не сказала?!

— Так ты никого не спрашивал, — снова пожала плечами Шаша.

— Аргх! — с болью в голосе зарычал Джоз. — Что ж за жизнь теперь у меня собачья?! Никаких военных походов! Ни рейдов! О великий Ниас — даже набегов на соседние деревни и гладиаторских боев нет!

— В твоём распоряжении орда нежити: от скелетов всех форм и размеров до совсем свежих зомби. Хватит ныть, и найди себе, наконец, занятие!

— И что мне с ними прикажешь делать, если кругом коричневая пустыня или как там её…

— Так дерись с мертвецами! Что ты ко мне пристал! — нахмурилась Шаша. — Ты чего такой злой и нервный постоянно?

— Анализ завершён, — объявил Хименес. — Ответ на первый вопрос таков: я забью тебя посохом до смерти, а ты и пальцем меня не коснёшься. Ответ на второй вопрос, который я подслушал: Джоз рассержен, потому что не удовлетворены базовые потребности его вида. Имеется ввиду война, привычная пища и половое размножение.

— Фу! У нас тут маньяк завёлся, — брезгливо сказала Шаша, отодвигаясь от ящера вместе со стулом.

— Да! — вдруг решительно ответил Джоз. — Не могу сидеть на месте! Не хочу сидеть на месте! Я хочу походы, сражения, ужас в глазах людишек! И я уже устал трахать «это», пока мы никого не взяли в плен! — ящер зачем-то вытащил из сумки на поясе дохлую каракатицу с щупальцами и с мерзким хлюпающим звуком бросил на стол перед всеми. Шаша с отвращением подскочила со стула и отпрыгнула подальше от склизкой мерзости Джоза, а Хименес покраснел от злости:

— Да как ты смеешь! Никакого уважения к жителям моря! — кальмар впервые проявил несдержанность, схватил у стены свой посох и накинулся на ящера. Хименес лупил Джоза со всей силы, но тому было хоть бы хны. Ящер только отмахивался от его ударов как от мух и просил:

— Народ! Я пошутил! Я не совокуплял эту штуку! Честно! Отстань от меня, щупальце! Ай! Шаша! Ну скажи ты ему!

— Извращенцы должны страдать… Мочи его, Хименес! — с уничтожающим взглядом сказала крольчиха.

Избиение Джоза так и продолжилось, если бы за дверью не послышалось знакомое лязганье инструментов на руках и песня в исполнении зомби-архитектора: