Дома я пошла проверить наши конфеты в ледник и, переведя взгляд на руки, остановилась. На ладони было синее пятно. Я облизнула палец и потерла, оно не исчезало.

– Марк, иди сюда. От чего может быть такое пятно? – спросила я, показывая руку.

Он, словно что-то вспомнив, прищурил глаза:

– Дерево. Точно! У нас пацаны в лес ходили все синие пришли, от матерей получили по первое число. Неделю отмывались.

Мы скоренько рванули обратно в лес, отыскивая дерево. С виду обычное дерево, но, когда Марк оторвал кусочек коры, она на внутренней её поверхности была синей. Набрали целый подол коры.

Дома, вооружившись острым ножом, начала выскабливать краску в миску. Дальше что делать? Замочить в холодной или теплой воде? Замочу в еле теплой. Вода окрашивалась в насыщенно синий цвет. Вот и хорошо.

Столичные начали посматривать в мою сторону, интересно, наверное, чем это я занимаюсь. Вот один подошёл спросил, вот второй. Я охотно объясняла свою задумку.

– Лина, давай платье— дальше просто замочить, наверное.

Была бы здесь Алька, покреативила что-нибудь. Тут я вспомнила, как Алька учила нас с девочками в детском доме раскрашивать ткани в индийском стиле. Эх, была не была.

– Лина, если не получится, то сошью новое. Хорошо? Главное, не расстраиваться.

Свернула платье в трубочку, завязала узлом и опустила в краску. Пусть себе лежит. Я же не знаю, сколько времени необходимо.

Нужно помыться и переодеться, мое платье я испачкала краской. Уже входя в дом, услышала шум и обернулась. Столичные вскакивали со своих мест, хватаясь за оружие. Что такое? Нападение? Дикие? Ужас потихоньку начал охватывать меня. Взгляд уже метался, отыскивая детей и наткнулся на входящих на территорию моих животных. Хил устало передвигал лапами, покачивая головой в такт ходьбе. Мелкий бодренько перебирал лапами, открыв окровавленную пасть и вывалив язык. Животные приближались ко мне, пряча глаза. Бессовестные. Я тут беспокоюсь о них, а они шарахаются ночью по лесу.

Конец ознакомительного фрагмента.