— Вань, — я проводнику своему в дебри лесные решил пару вопросов задать.

Тот, как и не слышит. Головы даже не повернул, сучёнок. Довёл посылку до адресатов и умыл руки.

Старуха-то какова? Отправила меня непонятно куда и зачем, а ещё и как могла поклажей нагрузила. Пусть де помучается Ванька Жуков напоследок. Пользу принесёт…

Мадам…

Я даже сплюнул, хотя раньше в подобном бескультурье не был замечен. Ну, всё когда-то в первый раз бывает.

Тут дымком откуда-то потянуло. Кроме дымка, ещё чем-то и съестным. Как будто мясное что-то на огне готовят. Вкусное-превкусное.

У меня даже настроение поднялось. Похоже, не балуются тут человечинкой! Нормальную еду едят…

Глава 14 Бритый

— Что, только унюхал?

Мужик с пестерём удостоил меня поворота своей головы.

Как он заметил, что я дым почуял? Глаза у него на затылке?

Кстати, сказано это было доброжелательно.

Нормальный мужик. А я его уже в людоеды записал. Напридумывал себе всякого-разного. Что кожу в живом виде с меня сдерут, на части раздербанят…

— Уже с пол версты дымком попахивает…

Непонятно зачем он такое сказал. Молчал-молчал, а сейчас его как прорвало…

Довольно быстро, часов у меня нет, за сколько по времени — не скажу, мы все на полянку вышли. Там три шалаша стояло, народ присутствовал.

Все к нам головы повернули. Опять же меня рассматривать принялись. Дался им я, вон, пусть на внучка Ваньку смотрят.

Ванька же сразу к одному из находящихся на полянке направился. Он как-то из всех тут выделялся. Остальные — как встретившие нас. Ну, кто чуть повыше, кто — пониже, но все такие крепкие, бородатые.

Этот — тут как белая ворона. Вернее — чёрная. Рубашка только у него белая, жилетка, пиджак, брюки — чёрные. Хорошо, хоть в сапогах, а не в лаковых штиблетах. Часовая цепочка желтого металла через пузо…

Лицо. Совсем другое, бритое. Оно мне как-то инстинктивно не понравилось. Черты заостренные, сам бледный. Как вампир какой-то. Щеки провалились, а на них неестественный румянец. Почти как свёклой их натерли. Не сильно, чуть-чуть. Глаза блестят, но не по-хорошему. Сам худой, одежда на нём болтается. Похудел, видно не так давно — не успел костюм сменить, да и где это в лесу сделать.

Видно, что холодно ему. Поверх костюма тёплый полушубок накинут. Он его за полы запахнутым держал, а как внучка бабкиного Ваньку увидел, поманил того рукой, вот полы и разошлись — костюм и цепочку я увидел.

Ванька не успел к бритому и пары шагов сделать, как того кашель скрутил. Кашлял он и кашлял, остановиться не мог. Кашель, причем, не сухой, с брызгами мокроты.

Я даже шаг назад сделал. Не хватало мне ещё такой гадости.

Пропедевтику мы уже прошли. Такие лица нам на плакатах показывали. Тут сильно гадать не надо — туберкулез. Причём, уже кавернозный. Кашель-то у бритого не сухой.

Сейчас бритый прокашляется и ему станет легче.

Прокашлялся. Платочек из кармана достал. Сейчас, посмотрим…

Вытер рот. Точно! На белом красненькое мелькнуло!

Кровохаркание. Крови не много. Вот если каверна порвётся, то и фонтан крови может быть…

Как-то мне надо от этого туберкулезника подальше держаться…

Во, недавно здесь, а уже повидал настоящего чахоточника.

А Ванька, хоть и внук знахарки — не ухом, не рылом. Нисколько не бережется. Плохая бабка Егоровна знахарка. Про такое-то могла бы внучку и сказать.

Бритый несколько раз глубоко вдохнул-выдохнул. Опять Ваньку к себе поманил.

Так. Он ещё и глуховат. Говорит громко. Сам-то думает, что тихо, а на пол леса орёт.

Ванька ему доложился. Туберкулезник морду скривил. Так не больно красавец, а тут стал вообще на страхолюда похож.

— Что? Это всё? Продукты и этот!

Чахоточный на меня пальцем указал. Хоть и в костюме, а манеры у него ни в Красную Армию.

Внучок опять что-то вякнул. Я не расслышал.

— Землянки для нас будет копать? Что, Мадам одурела? Нам тут, что, зиму сидеть? Экс! Экс! Про банк она тебе ничего передать не велела?

Орёт бритый. Думает, что его никто не слышит кроме внучка.

Видно не принёс Ванька про банк нужную информацию…

Тут у меня настроение начало подниматься. Душа просто запела.

Ничего плохого бабушкой Егоровной в отношении меня не планировалось. Буду я здесь бесплатной рабочей силой. Есть меня в мясных пирогах никто не собирается.

Здесь… Где, здесь?

На разбойничий лагерь местечко похоже.

Про банк какой-то бритый говорил.

Понятно, что не вклад он сделать собирается.