Пригород оказался небольшим, и вскоре мы вышли на просёлочную дорогу, оставив позади грустные серые домики. Выше по склону находился лес, ниже — редкий кустарник. Снежный покров ещё устилал землю, но из-за тёплой погоды он значительно истончился в последнее время. Мы шлёпали по грязи и лужам, внимательно вглядываясь в заросли. По словам Вячеслава, брешь была где-то там, но её точное местонахождение он не знал.

Вскоре обнаружили мору. Двуногое существо с длинными когтистыми лапами брело среди деревьев, не обращая на нас внимания. Вячеслав жестом приказал идущим позади дружинникам остановиться и приготовиться к бою.

— Гляди, — шепнул он мне, — один урод попался. Наверняка и другие бродят поблизости. Справишься с ним?

— Если подойдёт ближе, справлюсь, — шёпотом ответил я. — Дальнобойным чарам я только учусь.

— Ладно. Сейчас привлеку его внимание.

В руке Вячеслава образовалась бордовый сгусток энергии размером с яблоко, который он направил в дерево рядом с монстром. Звонкий хлопок и треск разлетающихся вокруг веток возвестил о попадании точно в цель.

Мора обернулась и поковыляла к нам на своих кривых костлявых ногах.

— Твой выход, — с ухмылкой сказал мне Вячеслав. — Не бойся. Прикроем, если что.

Я достал саблю и приготовился к встрече. Существо ускорило шаг, а потом и вовсе перешло на бег. Оно выскочило на дорогу и тут же застыло, скованное кристаллами чёрного льда. Я подошёл и воткнул клинок в спину твари.

— Браво! — воскликнул Вячеслав, увидев, как ловко я расправился с морой. — Гляжу, путешествие пошло тебе на пользу, да?

— Удивительно, — проговорил Мстислав. — Ни за что бы не подумал, что у тебя появится талант.

— Никто бы не подумал, — добавил Вячеслав, — но бывают, значит, в жизни чудеса.

В это время в чаще показались три четвероногие моры. Они спешили к нам.

— Вот и друзья его пожаловали, — произнёс Вячеслав. — А с этими справишься?

— Не вопрос, — ответил я.

Вскоре существа одно за другим начали выбегать на дорогу, а я замораживал их и резал без особого труда.

— Неплохо, неплохо, — Вячеслав по-прежнему ехидно улыбался, но я по глазам его видел, что парень впечатлён. — Ты, братец — способный малый. Ну, кажется, всё? Больше не бегут?

Он и Мстислав сняли треуголки и натянули на головы «противогазы», а дружинникам, которые сделали то же самое, велели собирать пепел.

Когда дело было сделано, дружинники пошли обратно, а мы остались.

— Да уж, — сказал серьёзно Вячеслав, — не думали мы, что у тебя откроется талант.

— Почему же, — спросил я настороженно, почувствовав что-то неладное в тоне брата.

— Давай только не будем делать вид, что никто ничего не знает, а? Всем известно, что ты — незаконнорожденный. Из уважения к отцу никто не трепался, но отец иногда совершал странные поступки, прямо скажем. Взять хотя бы тебя... Зачем он пытался выдать тебя за своего? Ну да не важно. Он уже нам ничего не расскажет. Но теперь ты здесь, и надо с этим что-то делать.

Слова Вячеслава звучали угрожающе, и я приготовился активировать блокиратор, который лежал в моей патронной сумке. Я посмотрел на Мстислава, но тот даже в лице не изменился — спокойно стоял рядом.

— И что же мы собираемся с этим делать? — спросил я.

— Да я вот думал-думал, — произнёс Вячеслав, — и решил, что тебе следует остаться в семье, — и увидев моё напряжённое лицо, он рассмеялся, — да не бойся так. Никто тебя не обидит.

— Да неужели? — нарочито скептически проговорил я. — Моя благодарность не знает границ.

— Хватит паясничать, — осадил меня Вячеслав. Когда надо, он умел откинуть ребячество и говорить серьёзно. Хотя чья б корова мычала. — Решается наше будущее. Ты, поди, всё дуешься на меня с братом, только вот, Даня, сейчас обиды наши надо отложить.

— Понимаю, — сказал я.

— То-то же! — Вячеслав медленно зашагал в сторону города, и мы с Мстиславом последовали за ним. — Знаю, почему ты вернулся. Отец завещал тебе кое-какие земли, и ты рассчитываешь их получить, так?

— Не отказался бы, — ответил я прямо.

— Я всегда с уважением относился к отцу, уважу его волю и сейчас. Ты получишь, что тебе причитается. Но есть условие.

Я вопросительно посмотрел на брата.

— Ты будешь сражаться за нас, — объявил он. — Знаю, ты хочешь свалить и отсидеться где-нибудь, пока не закончится эта заварушка, но я тебе скажу без обиняков: так не годится. Либо ты дерёшься на нашей стороне, либо ты не получаешь ни гроша из отцовского наследства. Если победит Гостомысл, тебе тоже ничего не достанется — думаю, ты и сам прекрасно понимаешь. Так что в наших общих интересах сделать всё, чтобы этого не случилось.