Капитан потянулся за гимнастеркой, когда в блиндаж следом за ребятами ввалился Васильев.

— Товарищ капитан… — начал он, но был прерван.

— Погоди, сержант. Миша, посади девочку и рассказывай, — натягивая гимнастерку, сдвинув брови, проговорил капитан.

— Николай Егорыч, вода есть? Полинка пить хочет, — проговорил Мишка. — Она сутки без воды и еды.

— Васильев, крикни часового. Пускай детей накормят и разместят пока где-нигде, хоть у поваров, хоть у санитарок… Потом разберемся, — встал капитан. — Девочку надо вынести?

— Томку? Нет, — покачал головой Мишка. — Она нужна.

— Рассказывай тогда, — уселся за стол капитан и уставился на Мишку.

— Фрицы танки собирают. Много. Сегодня утром или завтра уж наверняка пойдут в наступление. С нашей стороны линия фронта заминирована. Немцы всю ночь минировали, охраняя своих саперов. По лесу шатались. Как начнут наши танки выходить, первые точно подорвутся, даже не вступив в бой, — выдал сумбурную информацию Мишка.

— Информация точная? — нахмурился капитан. — Не преувеличиваешь? Смотри, Миша, все очень серьезно!

— Нет, поиграться захотелось! — огрызнулся Мишка. — Капитан, времени нет на игрушки! Все здесь сдохнем, а я жить хочу! Своими глазами видели и фрицев, и танки!

— Сержант, Пономаренко сюда, Лисицына, Божко и Рыжова. Бегом! — рявкнул Черных и, развернувшись к стене, на которой висел полевой телефон, крутнул диск. — Товарищ майор, у меня информация интересная. Давай сюда скорым темпом! — и, вернув трубку на рычаги, крикнул: — Есть там кто?

Простучали сапоги по ступеням, и в дверном проеме возник солдат.

— Рядовой… — но капитан не дал ему договорить.

— Воды принеси, чая и жевнуть чего-ничего, — махнув на него рукой, произнес Черных и снова посмотрел на Мишку. — Сутки шли?

— Да. Но один дошел бы быстрее, часов за шестнадцать. Ребята сильно тормозили, да и, чтобы не рисковать — шумные они — ушел поглубже в лес, и заплутали немного, — пожал плечами Мишка.

— Ребят-то где взял? — поинтересовался капитан, наливая из давно остывшего чайника в свою кружку воды и протягивая ее девочке. Тамара, благодарно улыбнувшись, жадно припала к кружке, но, выпив примерно половину, оставшуюся воду протянула Мишке.

— Там, в деревне, за лесом. Это тетки Глафиры дети. Жалко их стало, погибнут ведь… — взяв протянутую ему кружку, Мишка за три глотка осушил ее и вернул пустую капитану.

— Томка… Тамара, да? — глядя на девочку, улыбнулся капитан. Та смущенно кивнула. — Царица Тамара… — задумчиво произнес капитан. — Как деревня твоя называется?

— Горелинка, — тихо ответила девочка.

— Горелинка… — задумчиво повторил Черных, ища ее на карте. Найдя, чуть присвистнул: — Здоров же ты по лесам шастать, паря… Ты почти пятьдесят километров отмахал, и это по прямой. По лесам да в обход, думаю, все восемьдесят будут.

— Танки по прямой пойдут… — задумчиво сказал Мишка. — Видимо, расчет на то, что на подготовку у нас будет полчаса-час.

— Пока их заметим, пока поймем, что это серьезное нападение, а не пугалка… Минут десять от силы — только в имеющиеся танки заскочить. Даже личный состав толком поднять не успеем… — покачав головой, возразил ему капитан.

В блиндаж зашел Пономаренко с чайником, исходящим паром, и кучей кружек в руках. Увидев подростка, крякнул и двинулся на пацана.

— Ну, Заяц… Сейчас я тебя свежевать буду… — угрожающе прохрипел Степаныч, стремительно багровея.

— Степаныч, остынь! — рявкнул капитан. — Дай сюда чайник и сядь! Сахару принес?

— Принес… — буркнул багровый разведчик и бухнул чайник на стол. Достал из кармана сахар в кулечке и кинул туда же. — Еще и чаем поить этого… — мотнул головой в сторону Мишки Степаныч. — Знал бы, за порогом вылил… — бурчал он, демонстративно садясь на лавку спиной к мальчишке. — Капитан, убирай его из моей команды. Не нужон он мне!

Капитан поднялся, взял три кружки и разлил в них чай. Первую подал Тамаре, протянув ей сахар, который девочка тут же сунула в карман. Капитан покачал головой.

— Доставай обратно, царица Тамара. Малышке прибрала? Не боись, у нее щас и без твоего кусочка одно место слипнется. Сама ешь. Тебе сейчас надо — когда еще поесть удастся, — вздохнул Черных, протягивая кружку Мишке, а затем и Степанычу.

В это же время в блиндаж вошли еще двое: капитан и старший сержант. Поздоровавшись и удивленно косясь на детей, сидящих за столом, присели рядом с разведчиком.

— Сейчас майор Федотов подойдет, и начнем, — протягивая им кружки с чаем, проговорил капитан.