То ли день сумасшедший Катю вымотал, то ли так успокоил разговор с Вадимом, она уснула почти сразу после взлёта. За окном все равно было темно. Очнулась только когда самолёт уже бежал по полосе, оттормаживая.

В Мурманске было уже очень холодно. Катя не минуты не пожалела, что послушалась Лёлю и надела длинный пуховик. Шапку и шарф тоже пришлось срочно доставать из рюкзака. А не хотелось. Там же Вадим. А она в шапке, как маленькая.

Ветрова было видно в Прилете сразу. Он был по-гражданке. В большой куртке на меху, джинсах и высоких ботинках. Хоть прямо сейчас на обложку журнала. Кате очень хотелось побежать ему навстречу. Но она вела за руку брата. Игорек вдруг вырвался и рванул вперёд, едва заметив Вадима.

— Вееетров! — закричал на весь зал. Пассажиры обернулись. Игорек запрыгнул с разбегу на руки Вадиму. Тот поймал. Поднял вверх на вытянутых руках. Закружил, как самолёт. Игорь визжал от восторга. Все Кузьмины улыбались. — Вадим будет чудесным папой, — шепнула Лёля Катерине. Та стала пунцовой. — Вадя папа! — провозгласила во весь голос маленькая Соня.

У Вадима покраснели уши. Но он старательно удержал лицо. Обнимать Катю пришлось символически. Игорь с рук слезать категорически не хотел. Соня тоже требовала Вадю. Ветрову пришлось нести младших Кузьмины до машины одновременно.

Вышли к стоянке. — Александр Евгеньевич, одно детское кресло у меня в машине, одно у Сергея, он профессиональный водитель. Вы как скажете, так и посадим. Хотите, оба кресла к Сергею? — Я с Ветровым! — вцепился Игорь в штанину Вадима. — Хорошо. Катя и Игорь с тобой. А мы во вторую, — распорядился Кузьмин. — А почему чемодан такой лёгкий? Пустой что ли? — Ветров грузил вещи в багажник. — Там шишки! — объяснил Игорек, — Деду топить самовар. Но это секрет. Ты никому не говори. А то сюрприз не получится. — Обещаю, что не скажу. Пристегнулся? Сейчас поедем. И Вадим открыл для Кати переднюю пассажирскую дверь.

Вторая машина уже отъехала. Игорь был занят очередной головоломкой, купленной ему перед полётом. Катя с Вадимом синхронно выдохнули. — Привет! — Катя прижалась к нему. Подняла взгляд. — Привет, любимая, — Вадим наконец обнял её. — Эй, хорош уже целоваться! — терпения Игорька надолго не хватило. Катя с Вадимом рассмеялась, оторвавшись от поцелуя.

Всю дорогу до КПП Вадим держал Катю за руку, переплетя их пальцы. В темноте салона быстро заснул Игорек. Обогнав машину с родителями, Ветров припарковался сбоку от КПП. Повернулся к Кате. В воздухе заискрило.

Они потянулись друг к другу одновременно. Дорвались наконец до настоящего поцелуя. Катя водила ладонями по груди Вадима, забравшись под куртку. Вадим чувствовал, как бьётся под его пальцами жилка на шее у Кати. И целовал свое сокровище.

Блеснули в зеркале заднего вида фары второй машины. Катя и Вадим оторвались друг от друга с сожалением. Но рук не разомкнули до самого дома. — Завтра, Катюш, я приду. Заберу тебя. — Забери сейчас, — шептала Катя уже у подъезда. — Завтра. Обещаю.

48.

Утром Катя встала, кажется, раньше всех. Но нет. На кухне уже была бабушка. На плите завтрак.

— Проснулась? Давай завтракай, пока народ не набежал. Там дедовы однокурсники из Питера приехали. Они у Ветрова твоего ночевали. В гостинице ремонт. Им на одну ночь надо было. А мы вас всех ждали. Вечером их дед за город в баню повезёт. Сейчас все придут. Дед их к завтраку ждёт. — И Вадим? — Катя засуетилась, ей не хотелось напрасно тратить ни минуточки из отпущенного им времени. Юбилей юбилеем, и деда она конечно очень любит, но… Но летела она сюда конечно ради встречи с Вадимом. — И Ветров твой тоже. Хотя он отказывался. Мол, в компании трех адмиралов та ещё радость столоваться. — Что, все адмиралы? — Да, представь себе. Это академические однокурсники. Из училищных наш один такой.

Вышел на кухню дед. Как всегда в рубашке и брюках. Ни разу, сколько Катя его знает, Владимир Максимович не появился к столу по-другому. По праздникам ещё и в мундире. Был расцелован женой и внучкой.

— О, идёт братва! И Ветров твой чегой-то при параде, — хохотнул, выглянув в окно, — Цветы то явно не мне.

У Кати сердце заколотилось. И музыкой звучало от бабушки и деда "твой Ветров".В коридоре как-то сразу стало очень тесно.

Катя полагала, что у них в семье очень крупные мужчины. Что папа, что дед Женя, что дед Вова. И "её Ветров" тоже не уступал габаритами. То, что мужчины могут быть ещё выше, не ожидала. В глазах зарябило от золотых звёзд на погонах. Дед заулыбался старым друзьям. Принимал поздравления. Ветрова не было.

— Вот, товарищи адмиралы, знакомьтесь: Склодовская-младшая. Екатерина Александровна. Так. Стоп. А куда вы Катюхиного кап три дели? Был же.

— Я тут, — в дверях возник Ветров с букетом и стало совсем тесно, — С днём рождения, Владимир Максимович. Простите, но цветы Екатерине Александровне.

— Так, мальчики, быстро руки мыть и завтракать, нечего толкаться в коридоре, — Вова, давай, провожай. В гостиной накрыто уже. Катя, ставь цветы, — распорядилась Людмила Викторовна.

Босые детские ноги прошлепали по коридору. — Деда, с днём рождения! — Игорь выбежал. Обнял деда. Оглядел адмиралов. Хотел, видимо, что-то сказать, но наткнулся на предостерегающий взгляд сестры, — Вадя, забери уже Катюху, она мне рот с мылом собирается вымыть! — тут же нажаловался Ветрову и залез на Вадима, как обезьяна на дерево.