С каждым произнесённым словом её голос становился тише и надтреснутее, а пальцы всё крепче сжимали клюку, синие вены под тонкой пергаментной кожей стали видны ещё сильнее, на миг показалось, что вот-вот и лопнут от натуги. Черты лица заострились, нос стал похож на вороний клюв, морщины глубже пролегли вокруг скорбно поджатого рта, делая Гутрун похожей на каменную статую древнего существа. Не самого доброго и счастливого. Скорее диаметрально-противоположного.

— Эти эльфы вернутся, — вырвалось у меня, я даже не сразу поняла, что именно брякнула, настолько меня захватило неприкрытое горе этой повидавшей жизнь женщины.

— Я знаю. А ещё также точно ведаю, что эту ночь не все мы переживём. Нечисть придёт.

— Обязательно, — кивнула я, вскакивая с лавки. Жажда деятельности толкала меня вперёд. — может, и не прямо сегодня, но точно вскорости заявится. Этот день и ночь мы проведём с вами, но потом уйдём. Наш путь лежит много дальше. А у вас будет время решить: уйти к племени, что соседствует с вами, или отправиться вместе с нами неизвестно куда.

— Но как мы доберёмся до соседей? — прокряхтела Гутрун, чуть откинув голову назад, чтобы видеть моё лицо.

— Это не проблема, — махнула рукой я, уже думая о другом.

— Вот как, — пробормотала Гутрун. А мама зыркнула на меня предостерегающе. Но не могла я оставить этих орков без помощи, всё моё нутро сопротивлялось этому.

"Если можешь помочь — помоги", — беззвучно пробормотала я и вернулась к разговору:

— Уважаемая Гутрун, вы что-нибудь знаете об этих эльфах? Зачем им ваши мужчины? И не грозит ли подобная опасность всем другим оркам?

— Я впервые их вижу. Но внук успел поведать, что они наткнулись на них совершенно случайно, когда возвращались с дальней поляны, где собирали кариллу и некоторые редкие травы для меня. Хради сказал, что эльфы, подстёгивали кнутами работников — людей и гномов, одетых в лохмотья с кандалами на ногах. Те что-то искали у подножия Серых холмов. Понятное дело, очередное сокровище Древних. На нашу беду группа орков не осталась незамеченной.

— Так, — протянула я, замирая на месте и задумчиво глядя на странно зигзагообразно изогнутый болотного цвета корешок, висевший на противоположной стене. — Видать, им нужны рабочие руки. Хмм, возможно, чтобы достать некое сокровище, этим кем-то непременно должен быть разумный мужского пола.... Тут гадать можно до бесконечности. Но предположим, я близка к истине. А ещё, вы все свидетели, пусть и опосредованные, но всё же. Вас они оставили на съедение нежити или хищных зверей, на коих надежды немного, поскольку в этой части леса их не так уж и много. И нечисть сюда забредает не очень часто. Уйти отсюда, не имея переносных обережных чаш, вы не сможете, так что рано или поздно вас слопает кто или что-нибудь.

— Многие слова, что ты говоришь, мне непонятны, а ещё твоя речь чересчур быстра, — покачала головой старуха, заинтересованно глядя на меня. — Но я чувствую в тебе некую силу, её природа для меня таинственна... — женщина ненадолго замолчала, видать обдумывала услышанное, через пару минут томительной тишины, всё же сказала: — Ты предлагаешь нам покинуть наше стойбище?

— Да, — кивнула я, — эти эльфы придут через некоторое время, чтобы проверить мертвы ли вы. И вас тут не должно быть. Я не всё понимаю, да и исходных данных слишком мало. Могу ошибаться, вот только украденные огни недвусмысленно намекают на желания ваших врагов. А именно — уничтожить вас всех.

— Мне нужно обсудить это с другими старейшинами племени, — прокряхтела Гутрун, поднимаясь, — не всё так быстро решается, как хотелось бы. И ещё, ответьте теперь на мой вопрос: как вы смогли выжить в лесу, да ещё так долго?

Быстро переглянувшись со своими спутницами, на мгновение задумалась: скрыть, что я маг не получится — в скором времени я планирую выкопать обережные сосуды и отдать их женщинам, чтобы они смогли уйти отсюда в соседнее племя без страха быть съеденными ночью нежитью. Но, в принципе, ничего страшного, если они узнают о моих способностях, не так ли? Мы уйдём туда, где найти нас мало кто сможет. Впрочем, и скрываться я не планирую — торговые отношения ещё никто не отменял.

— У нас есть переносные обережные огни, — вздохнув, ответила Райла, — пока не спрашивай, каким образом они у нас оказались. Это история не на один час. А ещё моя дочь маг земли, — просто добавила она, широко разведя руками.

Гутрун на мгновение замерла, словно громом поражённая, а потом весомо обронила:

— Я ведь почувствовала при одном взгляде на тебя, что ты особенная... я так давно этого ждала, думала, что на своём веку и не увижу подобного чуда. Наконец и у орков родился маг. Боги ведают, что творят.

То, как ловко я выкопала первый сосуд практически никто не заметил: женщины крайнего племени, дождавшись, когда прогорит погребальный костёр, разошлись по своим шалашам и занялись повседневными делами. Дети мешались у них под ногами. Гутрун ушла собирать совет, и компанию мне составила только моя команда.

— Ты ведь не пойдёшь вызволять взятых в плен орков? — спросила мама, присаживаясь рядом со мной.

— Нет, конечно, — буркнула я, занятая делом, — у меня есть вы, мне есть о ком заботиться. К тому же как маг-воин я ничего не умею, меня прихлопнут на раз-два. Даже не вспотеют, скорее всего.