— Это не та жизнь, которой я хочу для нее и своей дочери, — ответил он резко, отдернув свои руки.

Гризз встал и подошел к раковине. Включив кран, он плеснул холодной воды себе в лицо.

— И я знаю, чем ты тут занимался, до того как я вошла, — сказала она. — Я знаю, что у тебя есть сеть проституток и доступ к стольким женщинам, сколько пожелаешь. Наверное, поэтому охрана и впустила меня сюда. Но что-то мне подсказывает, что ты не пользуешься своими возможностями. Ты все так же любишь ее. Ты все еще верен ей.

Он пропустил мимо ушей ее последний комментарий и потянулся за полотенцем.

— И ты настаиваешь на смертной казни, потому что чертовски горд, чтобы гнить в тюремной камере всю оставшуюся жизнь. Ты всегда был самовлюбленной задницей Гризз.

Он вытирал лицо, но остановился и обернулся, чтобы посмотреть на нее.

— Да, похоже, так и есть, — ответил он, усмехнувшись.

Она не поняла, отвечал ли он на обвинение, что он все еще любит и верен Кит или признавал, что был засранцем. Как бы там ни было, комментарий Чики снял напряженность, и они оба рассмеялись, поскольку до них дошло, что раньше она бы никогда не заговорила с ним в таком тоне. Но сейчас это было нормально, и она была права — во всем. Чики была ему другом. И он нуждался в друге.

— Держу пари, она отличная мать, — тихо сказал Гризз.

— О, дорогой, я уверена, что она самая лучшая мать. Если ты можешь вычеркнуть один пункт из твоего списка тревог, если, конечно, у тебя есть такой список, я уверена, что этим пунктом будет любое сомнение в любви и преданности Кит как матери.

Он кивнул и улыбнулся. Ни один из них не произнес то, о чем они оба подумали. О том, что Грант тоже был отличным отцом. Грант сбежал от этой жизни так далеко, как только мог, обеспечив себе образование в юном возрасте. Если Гризз и сделал что-то правильное в своей жизни, так это спас своего сына от тех ужасных условий, в которых тот жил с сестрой Кэнди, Карен. Если бы он не был настолько долбанутым на всю голову из-за того, что у Кит и Гранта родился общий ребенок, он мог бы даже позволить себе гордиться своим сыном.

Почувствовав, что разговор может зайти в нежелательную для них обоих сторону, Чики добавила:

— Ты помнишь, как ее тошнило, когда она забеременела в первый раз? Бедняжка, даже вода у нее не могла удержаться, к тому же она не разрешила тебе отвезти её к врачу за лекарствами. Одно это сказало мне, насколько она самоотверженна. — Чики тепло улыбнулась ему.

Он улыбнулся ей в ответ.

— Да, ей было чертовски плохо из-за того ребенка. Но ты правильно сказала — она даже не пошла к врачу. Сказала, что не собирается пичкать лекарствами свое тело, потому что это может навредить малышу.

— Она даже не использовала травы, которые ей дал Грант, — кивнула Чики. — А они были самыми что ни на есть натуральными. Ей всего лишь нужно было добавлять их в свой чай, и они должны были помочь.

— Не помню, чтобы Грант давал ей какие-либо травы.

— Вероятно, она никогда не рассказывала тебе о них, потому что никогда их не принимала. Грант говорил мне, что получил их от Сары Джо. Её соседка по комнате в колледже приготовила немного сбора, который должен был помочь Кит сохранить хоть чуть-чуть пищи в желудке. В любом случае, это не имеет значения. Я застала Кит, когда она их выбрасывала, и она умоляла меня не говорить Гранту. Она не хотела ранить его чувства.

— Да, это похоже на Кит. — Воспоминания о Кит, которую он так любил, любит до сих пор, согрели ему сердце, и он понял, насколько благодарен, что Чики пришла его проведать. Может, она смогла бы навестить его в будущем. А может, и нет.

— Чики, ты получаешь надлежащее лечение? У тебя есть всё, что нужно?

— У нас хорошая страховка, Гризз. Мне даже в голову прийти не может, за что бы они не заплатили. Вообще, мне говорили о каких-то экспериментальных препаратах, которые находятся на испытании, но они за границей. Конечно, они нам не по карману. Но я в порядке. Я уверена, что получаю лучшее лечение из возможных.

— Если бы у вас были деньги, ты бы решилась на экспериментальное лечение?

— Ты ещё спрашиваешь. Мне сказали, что я умру от рака, а химиотерапия и облучение лишь ненадолго помогут. Это неизбежно. Так что да, я бы решилась на экспериментальное лечение. Что может случиться в худшем случае? Это убьет меня? — Она рассмеялась и махнула рукой в воздухе в типичной для Чики манере. — Мы все когда-нибудь умрем, — Она вздрогнула от своих слов. — Прости, Гризз. Я не хотела, чтобы это прозвучало так.

— Всё нормально, Чики. Я не беру это в голову. Сегодня перед уходом напиши мне номер своего банковского счета. Ладно?

Она склонила голову набок, улыбнулась и кивнула ему. Затем у него была к ней еще одна просьба, которая удивила Чики.

— И если у тебя как-нибудь найдется свободное время, и ты не будешь слишком плохо себя чувствовать, как думаешь, смогла бы ты повидаться со мной? Знаешь, просто поговорить?

Прежде чем она успела ответить, он быстро добавил:

— Разумеется, я оплачу все твои дорожные расходы.