Перевожу взгляд на Марко и прерывисто вздыхаю. Между нами все изменилось. Настолько, что мне кажется, даже выглядеть он стал по-другому. Хочется его разглядывать, но я не решаюсь, уж больно сильно горит метка, когда волк стоит так близко, и сразу начинают возвращаться мысли о том, на что еще теперь способно мое тело из-за этих двух небольших ранок на шее...

— Я же слышу твои мысли, комаришка, — неожиданно хрипит оборотень и наклоняется ко мне.

— Ч..что?

— Слышу твои мысли, Ками. И все твои желания. Ты хочешь знать, насколько сильное влияние может оказывать моя метка.

Его палец проникает под ворот водолазки и оттягивает. Я не успеваю среагировать, как Марко прижимает меня к себе и проводит горячим влажным языком по отметинам, отчего меня обливает волной жара, температуру которой можно сравнить наверное только с лавой.

— Сейчас покажу, Камилла...

— Ты с ума сошел?! Что ты делаешь?! Мы здесь не одни! Нас все видят!

— Я давно с ума сошел, — только и отвечает волк, продолжая лизать мою шею.

Ками

Это иное. Ощущается иным. Я, мое тело, мои мысли. Будто мир внутри перевернулся и стал совсем другим, впустил в себя нечто такое, что не поддается объяснению и контролю. Я хочу расствориться в этом мире, окунуться в него с головой и захлебнуться в чувствах, которые он с собой принес.

Оборотень продолжает облизывать меня, трогать руками, как свою собственность, и я прекрасно понимаю, что все вокруг это видят, но ничего не делаю, чтобы оттолкнуть волка или остановить. Мне просто не хочется прекращать это безумие.

Словно со стороны я наблюдаю за ощущениями, которые рождают его ласки — жар от шеи сначала устремляется к груди, она наливается, становится болезненно чувствительной, соски твердеют и проступают через ткань водолазки, затем жар стекает ниже, к животу, там он закручивается пружиной и услиливается, а после тугим огненным шаром рухает еще ниже. Между ног начинает гореть и ныть. Я хочу развести их и потереться об Марко. Я чувствую его твердую плоть, упирающуюся мне в бедро, и хочу прижаться к ней промежностью, чтобы утолить голод, так резко и быстро завладевший мной.

В голове мелькают сумасшедшие, постыдные картинки, как волк срывает с меня одежду, поворачивает лицом к байку и наклоняет. Он водит когтями по моей спине, а его твердый член упирается между моих ягодицы и надавливает.

— Луна, Камилла, ты просто не представляешь, что делают со мной твои фантазии... — неожиданно хрипит Марко мне в губы. — Я просто сейчас увезу тебя подальше отсюда и сделаю все то, чего ты так хочешь, комаришка. А потом дам тебе попробовать своей крови, которую ты будешь пить всю оставшуюся жизнь.

Его язык вторгается в мой рот еще до того, как я успеваю сообразить или хоть что-нибудь ответить оборотню. Он целует жадно, сминает мои губы и посасывает язык. Я закрываю глаза от восторга и страсти — это вкусно. Это настолько вкусно, что, кажется, ничего на свете нет вкуснее. Я хочу втянуть в себя его вкус навсегда, запечтлеть в себе и не отпускать. Разве возможно испытывать подобное? Разве так бывает?

— Госпожа Варран и Господин Хазард, — наш поцелуй прерывает скрипучий голос ищейки. — Вы считаете это допустимым?

Только теперь я наконец начинаю соображать, что стою перед зданием общежития, вокруг полно студентов и наверняка преподавателей, а мы бесстыдно целуемся с Марко, хотя никто кроме нас еще даже не знает, что мы не родственники.

Отскочив от волка, я резко поворачиваюсь к мистеру Аллену и виновато опускаю взгляд, успев заметить, что вампир взирает на нас с Марко не просто возмущенно и осуждающе — в его глаза плещется гнев. Ему будто не нравится не только факт публичного поцелуя между студентами, а то, что целовались именно мы. Точнее, я целовалась с Марко.

— Просим прощения, мистер Аллен, — начинаю лепетать, не поднимая глаз на ищейку. — Это... вышло... случайно. Я не знаю, как... Нам очень стыдно...

— Вовсе не стыдно! — перебивает Марко, рыкнув и сделав шаг в сторону вампира, закрыв меня своими широкими плечами. — Камилла — моя пара. И мы не в здании колледжа. Не на лекциях. И не на практике. Так что нет ничего постыдного в том, чтобы целовать ее здесь. Она теперь принадлежит мне. Всегда принадлежала.

В этот миг я вижу, как зверь Марко выходит из его спины и наклоняется ко мне. Он пронзает меня свои цепким волчьим взглядом, в котором читается так много обещаний, что я не успеваю прочесть все, но точно вижу обещание защищать, быть рядом и... всегда принадлежать мне. Я еще не чувствую нашу парность, как ее обычно чувствуют вампиры, но теперь я ощущаю ее как человек. Не могу не ощущать, ведь волк Марко буквально вкладывает в меня это понимание, вколачивает своим звериным ревом и оставляет внутри течь по венам, биться в сердце и сжигать легкие.