Легер одернул гвардейскую куртку и поспешил на свой пост. Сегодня он дежурил в ночь у покоев любимой и единственной внучки императора Форлорна Девятого.

Неделя до приезда Варналов прошла спокойно. Принцесса больше в город не собиралась и даже, как мне показалось, стала меньше называть меня «вонючим магиком», как они с маркизой Хашт и виконтом Умбертом обычно делали. Я нес службу в гвардии, посетил еще несколько занятий у госпожи Виолы, а в свободные вечера выбирался выпить вина или эля с молодыми магами.

В преддверии празднования юбилея правления императора Форлорна Девятого, к столице стеклось множество купцов и ремесленников со всех концов империи и даже из соседних государств, а значит мои простенькие целительные амулеты резко стали крайне популярными. Кому-то — подлатать ноги коню, кому-то — для себя, не отставали и наемники, что брали сразу по десять штук впрок, выбивая неплохую скидку. Так что я быстро сбагрил не только старые заготовки, но и то, что приносил мне Ронни — деньги полились если не рекой, то уверенным ручейком, и когда я занес стряпчему, у которого хранил свои накопления, очередной кошель на пятьдесят полновесных серебром, увеличив свои личные финансы до двухсот империалов, то окончательно успокоился. У меня было достаточно финансов, чтобы пережить любое бедствие, а если потребуется — даже уехать из дагерийской столицы, купить небольшой дом и заняться сельской практикой, ни в чем себе не отказывая при этом с десяток лет. И это я не учитывал финансы, что оставил мне учитель — они находились по нашему общему с винефиком уговору в ведении Витати, как старшей в нашей паре.

— Эй, Бажена! Тащи лучшего гоунского! И козьего сыра фунт! [1] — рявкнул на весь зал Ронни, довольно взвешивая в руке набитую серебром мошну, что я передал ему за последнюю партию магических амулетов.

— Ты бы полегче с деньгами, транжира, — поморщился Карс, глядя на буйство мага охраны. — Только вчера ныл, что почти на мели.

— Ай! Да ну тебя, Карс! Зануда ты! Давайте гульнем! Угощаю! А потом — на ямы! — оскалился уже чуть выпивший Ронни, наклоняясь к Карсу через стол.

— Опять к полуночи без штанов останется, — покачав головой, прогудел Игасс. — Мож отберем и утром отдадим?

Парни переглянулись, а Игасс деланно медленно стал закатывать рукава мантии.

— Тихо! Не надо! — пискнул Ронни, как Карс схватил его через стол за воротник, и прижал лицом к тарелке.

— Забирайте кошель! — крикнул Карс, но Игасс уже потянулся и мощной лапищей без проблем разжал худые пальцы Ронни, которыми он цеплялся за деньги.

А уже через мгновение кошель исчез за пазухой здоровяка.

— Сволочи! Бандиты! — пыхтел Ронни, зло глядя на целителя.

— Для твоего же блага, друг мой, — улыбнулся Карс. — Ты же не станешь задирать Игги? Просто представь, что он сегодня — твой казначей.

— Даже на ставки выдам, — пробасил Игасс, — монетку.

— Монетку?! Да ты шутишь верно! — взвился Ронни.

— Парни, отдайте этому психованному его деньги, — поморщился Гипперт, —от его воплей уже голова болит.

— Это просто у тебя воротник твой слишком тугой, кровушка к голове не доходит, — фыркнул Вальк.

— А тебя не спрашивали, — огрызнулся Гипперт, в сотый раз за вечер поправляя огромный воротник-колесо из накрахмаленной белой ткани и сложной конструкции из проволоки.

Такие воротники только-только входили в моду и для Шамограда еще были редкостью, но Гипперт, что называется, был на самом острие последних веяний в одежде. Ему определенно стоило родиться вельможей.

— Я бы сходил поставить, — внезапно выдал я, — но на петушиные бои. Или бег свиней.

— Опять ты за свое, Рей! — воскликнул Ронни. — Пошли посмотрим, как бойцы друг-друга метелят!

— Ага, сходил уже разок, спасибо, — кисло ответил я, и все за столом притихли.

О моих несчастьях в плане вечного дежурства подле принцессы благодаря Ронни знали все присутствующие, как и о причинах интереса императорской особы к жетонному магу.

— Знаете, — включился Вальк, — я слыхал от знакомого, что на Горячих Воротах есть петушиный загон, где бьется абсолютный чемпион. Говорят, тот петух размером с осла.

— Да ну тебя!

— Заливаешь!

— Не может быть!

— Ага! Честно! — продолжил Вальк. — И что хозяин у того петуха магик, который его целительными печатями еще с яйца пичкал. И кормит он эту тварь куриным мясом, чтобы, значит, позлее и посильнее был!

— Выдумки, — фыркнул Ронни, но по голосу мага охраны я понял, что он заинтригован.

— Знаете, мне учитель говорил, что конкретно целебные печати не особо изучены. Например, помогают ли они беременным выносить, могут ли исправить уродства и болезни еще в утробе… Интересный вопрос, на самом деле, — протянул Карс. — А ты точно не свистишь, Вальк?

— Чтоб мне пусто было! — воскликнул маг атаки. — Я того парня давно знаю, с самого приезда в Шамоград, ему резону врать нет.

— Гигантский петух-каннибал… — задумчиво протянул Гипперт, теребя свой огромный воротник.

Остальные тоже стали воображать, как может выглядеть бойцовский петух размером с осла, но как только фантазия наша улетела куда-то в неведомые дали, Бажена, что работала тут на разносе, принесла заказ.