Вопрос был хорошим. Печать Тир-Ман или, как его называли, Копье Света, было одним из немногих заклинаний, способных пробить завесу белых печатей, точно так же как Казнь Света Ман-Ман-Ман со щитами-отражателями Нид была способна испепелять даже нежить. Все дело было в природе руны Ман, что имела не только магическую, но и физическую природу обычного солнечного света.

— В начале дуэли прозвучала угроза, что Винанс справится со мной и без красных печатей, — ответил я, немного подумав, — я хотел доказать ему, что он не прав, и проучить за Берни. Да и использование такого заклинания… Я мог просто разрушить дома вокруг ямы, и пострадало бы много людей. А дикие щиты я полностью контролировал.

— Маловат ты еще, чтобы кого-то поучать, — фыркнула архимаг Виола, а вот господин Неро остался полностью доволен моим ответом.

— Виола, мы еще поговорим с Реем, но я не думаю, что парень заслуживает какого-то серьезного наказания. Кто знает, сколько магов бы втихаря еще покалечил бы этот винефик… А на его пути встретился, наверное, один из полудюжины магов Шамограда, что был способен распознать дикое колдовство, да еще так виртуозно прикрытое обычными печатями. Предлагаю Рея отпустить домой, что скажешь?

Виола многозначительно посмотрела на перехватившего инициативу Трибунального Истигатора, что сейчас мило улыбался, сидя в гостевом кресле. После чего женщина просто тяжело вздохнула и обратилась уже ко мне:

— Можешь идти, если будет разбирательство, то мы тебя вызовем. Но, как сказал господин Трибунальный Истигатор, тебе крупно повезло, Рей. Что никто не пострадал и ты сам остался цел. Но впредь я требую от тебя не влезать в подобные дела, а сразу же сообщать в Башню! Ты мог просто отправить посыльного к господину Неро или ко мне, и Винанса бы тихо взяли под стражу! А теперь из-за тебя он мечется где-то по всему Шамограду, а поисковые заклинания сходят с ума в попытках выследить винефика… Все, иди!

Женщина подняла изящную ладонь и два раза махнула пальцами, отсылая меня прочь. Хорошо зная архимага, я даже рта не раскрыл — просто глубоко поклонился и едва ли не прыжками направился к двери.

— Эй, Рей! — окликнул меня Неро. — Ты ничего не забыл?

Не успел я понять, о чем речь, Трибунальный Истигатор запустил руку за пазуху и выудил наружу мой жетон мага, который по-простому бросил мне через весь кабинет.

Ловко поймав свой знак отличия, я еще раз благодарно поклонился стражу Устава и наблюдавшей за этой сценой архимагу, после чего выскочил за дверь и устремился по коридорам и лестницами Башни вниз, во двор. Витати, наверное, места себе не находит и спустит с меня три шкуры, потому что судя по светлеющему на востоке небу, совсем скоро наступит рассвет.

Когда я вернулся домой, то нарвался на стену холодного безразличия со стороны Витати. Девушка была недовольна тем, что я где-то шлялся всю ночь, но вот когда она разглядела на моей голове и куртке следы крови, ух, что началось…

Сначала я получил ощутимую затрещину, которую принял стоически и почти меланхолично, совсем не злясь. Я уже давно привык к методам винефика и воспринимал любые тычки с ее стороны чем-то вроде буйства стихии. Ты же не будешь злиться на летний зной или проливной дождь? Вот и на затрещины от Витати тоже злиться смысла не имело, таков порядок вещей.

— Тебя где носило? Твоя кровь? — второй вопрос был риторическим, потому что, как говаривал еще когда-то Ирман, у меня есть дурная традиция приходить домой с головы до ног в собственной крови.

Я как мог, быстро рассказал Витати, что произошло. Когда дело дошло до дуэли, я не стал сдерживать эмоций — для Витати это было намного лучшим объяснением, чем жизни и здоровье каких-то там печатников.

— Если он винефик, то он поступил вдвойне подло! — сказал я дочери Келанда. — Он вышел на тренировочный бой, на потеху остальным, а сам повел себя, как подлая скотина! Чуть не убил Берни! Если бы не я — наемника уже бы прикапывали в какой канаве в Двух Коронах.

Но Витати меня не слушала, точнее, была какой-то рассеянной.

— Как ты сказал, он представился? — спросила девушка.

— Винанс, — повторил я, делая глоток горячего чая.

Разговор мы вели за столом на маленькой кухоньке, сидя у печки, сложенной в углу комнаты.

— Значит, этот Винанс пользовался печатями? Ты уверен?

— Конечно уверен! — вспылил я. — Я же не слепой, Витати! И у меня жетон есть, вообще-то! Я уже настоящий взрослый маг!

Винефик многозначительно повела бровью, поглядывая на запекшуюся кровь, но комментарий оставила при себе.

— И Неро сказал, что этот Винанс сбежал, так? У него точно дикая Вун? Опиши, как он колдовал, — попросила винефик.

Я поставил глиняную кружку на стол и призадумался. И вправду, Вун Винанса немного отличалась. Он колдовал по-своему.

— Если твоя магия жесткая и хлесткая, — начал я, — будто палка, то его Вун какая-то…

— Рыхлая? И он просто берет потоком, вливая все больше и больше силы? — добавила Витати.

Я удивленно посмотрел на дочь Келанда. Это было идеальное описание того, что делал на арене Винанс. Он не пытался проломить щиты точечным, сконцентрированным ударом, а просто будто выливал на меня силу своей белой руны, будто бы целиком состоял из широкого магического канала.