И в то же время я понимал, что все перевернулось.

Но вести интимный разговор с женщиной, ставшей близкой по какой-то дикой случайности, было не по себе.

– Вам не кажется странным все, что между нами происходило?

Поняв мое состояние, Ольга Васильевна сама развивала тему.

– Кажется, – коротко ответил я. – Вы меня… извините.

– Не надо извиняться. Все это от нас не зависело.

– Не зависело?

– Нет. Объясню в двух словах.

Я ничего не понял, но кивнул.

В многих знаниях было много печали, однако полное незнание осложняло жизнь.

– У цивилизованных наций – в смысле, не у грязных индусов или беспечных китайцев – неуклонно снижается рождаемость, кое-где даже стала отрицательной. Причин много, одна из них – снижение интенсивности секса, потеря партнерами интереса друг к другу.

Я кивнул еще раз.

Для меня подобное оставалось далеко впереди, но, вероятно, умные люди знали, о чем говорили.

– В разных странах разрабатываются препараты для усиления полового влечения.

– Типа «Виагры»? – догадался я.

– Не совсем. «Виагра» усиливает не влечение, а потенцию. Без влечения она бессмысленна.

– Надо же… Никогда не думал о таких тонкостях.

– Вы еще молоды. Но, поверьте, это так.

Я ничего не ответил.

Жизнь была сложнее, чем описывали учебники.

– Ну так вот. На одном оборонном предприятии, ранее выпускавшем химическое оружие, разработан сексуальный стимулятор. Не наркотик и не средство, усиливающее потенцию, а некий афродизиак сильного действия.

– Афродизиак, – невольно повторил я, еще ни о чем не догадываясь.

– Наша фирма заключила контракт на апробацию препарата. Форма применения – раствор в минеральной воде. В тех самых бутылках, которые были у меня.

– Ничего себе!

Я едва не вскочил; помешал руль, ударивший по коленям.

– Значит…

– Значит.

Ольга Васильевна сделала паузу.

– Мы ездили в пробную командировку. Послали конкретно нас с вами, поскольку в сексуальном плане мы несовместимы.

– Несовместимы, – опять отозвался я.

– Ну да. Я – не женщина, а бабушка, которая забыла само слово «секс». Вы недостаточно юны, чтобы интересоваться старухами.

– Вы не старуха, Ольга Васильевна, – возразил я автоматически. – Но что есть, то есть. Признаюсь честно…

Впереди показался грузовик с кузовом, набитым сеном между вставленных по периметру брусьев.

Я помолчал, аккуратно его обгоняя.

Подобный груз в любую минуту мог посыпаться и ослепить.

–…Честно признаюсь, – снова заговорил я, когда сеновозка осталась позади. – Я женатый человек, но… Командировка с женщиной – это командировка с женщиной. Надо быть дураком, чтобы не упускать.

– Это понятно. Вы, Вадим, молодой здоровый мужчина. Странно было бы, будь по-другому.

– Так вот, если честно, – продолжил я. – Когда я узнал, что еду с вами, мягко говоря, не обрадовался.

– Скажите уж лучше – «огорчился»!

Ольга Васильевна засмеялась.

– Что со мной, а не с какой-нибудь Аленой!

– Откуда вы знаете, что именно с Аленой?..

Я сконфузился; спутница читала мысли.

– Оттуда. Вижу, как на нее смотрят мужчины. Но не об этом разговор.

Она расправила юбку.

– В общем, я не верила в это средство.

– Но оно оказалось действенным, – сказал я.

– И еще каким! Я выпила немного, потом стала сама не своя. Вы же помните.

– Помню.

До этого разговора я не мог понять, что произошло со мной.

Сейчас, узнав, что всем заправляла главный бухгалтер – добропорядочная женщина – я не понимал, как она могла согласиться на такое.

Вероятно, Ольгу Васильевну прижали к стенке, как принято делать со всеми, чей возраст подползает к пенсионному.

Мою спутницу следовало пожалеть, и в то же время по тону чувствовалась, что она – по крайней мере, сейчас – ни о чем не жалеет.

– А скажите, Ольга Васильевна…

– В общем, апробация удалась, – перебила она. – Вечером составлю отчет, завтра подпишем и сдадим директору.

– Ольга Васильевна, я что хотел спросить…

– Спрашивайте.

Я покосился на ее коленки.