– Я здесь, потому что я умоляла разрешить войти сюда, и Господин разрешил!

– Я думала, он накажет меня, как он любит это делать… - в этот раз в глазах Клаудии заблестели слезы, но даже они не смягчили ее души, когда она навела пистолет на нас, посмотрев в мои глаза и прошипев, - Это все ты виновата! Мы спокойно жили здесь, видя тебя лишь на фото! Господин был только МОЙ! И он моим останется!!

Боже, где же Алессандро? Где все его команда парей, которых нельзя было и сосчитать? Почему они не видят всего этого и не пытаются помочь? Ответ пришел сразу же, когда снова раздались выстрелы. Много. Приглушенные, словно новая волна пулеметного цунами, поднималась снизу, чтобы дойти до нас. Выходит, что она была не одна, а с группой поддержки?

Воспользовавшись моментом, когда все отвлеклись на новые выстрелы, Саби неожиданно бросилась вперед, выбивая из рук Клаудии кинжал, и пытаясь заломить ей руку с криком:

– Бегите!!!

На секунду оторопев, мы с Кэти ринулись одновременно к девушкам, сцепившимся к рукопашной схватке в мягком ворсе ковра, не зная, как приблизиться, потому что в руках сумасшедшей по-прежнему был пистолет, который Саби пыталась выбить с новым криком:

– Бегите, черт побери!!!! У меня черный пояс по каратэ, я с ней справлюсь и догоню вас!

– Мы никуда не уйдем без тебя! – рыкнула Кэти, хватая со стола недопитую бутылку с Мартини с треском разбивая ее о край стола, - и мы все-равно не знаем дороги!

Должно быть, безумие давало силу Клаудии, пока мы втроем цеплялись за неё, пытаясь вырвать из рук пистолет, не сдерживаясь и не пытаясь вести себя цивилизованно, когда на канун была поставлена наша жизнь, и раздались первые оглушительные выстрелы такие громкие, что закладывало уши.

В этой жуткой возне на полу, когда перед глазами летали чьи-то ноги и руки, невозможно было понять, кого нужно держать, а кого кусать, чтобы хоть чем-то помочь, обливаясь холодным потом и молясь, чтобы шальная пуля не задела никого, кроме этой безумной!

В такие моменты ты не понимаешь, течет время быстро, или просто остановилось, и становится плевать на то, что приближающиеся выстрелы звучали уже близко, когда неожиданно огромная рука с силой выдернула меня из клубка борящихся рук и ног, а затем соправтивляющуюся Кэти, откинув в сторону кровати, так, что мы приземлились достаточно мягко.

Пытаясь убрать с глаз надоедливые волосы, которые теперь просто торчали во все стороны после потасовки, я пыталась в темноте рассмотреть огромный силуэт, откуда снова показались руки со зловещей татуировкой. И эти руки так же молениностно расцепили дерущихся Саби и Клаудию, откинув последнюю в сторону с такой силой, что послышался глухой удар и стук отлетающего металлического предмета.

Последующая недоуменная тишина была пугающей и грозной, пока Саби продолжала болтаться в руке, сжимающей ее одежду за шкирку, словно шипящего котенка, а мы с Кэти барахтались на полу, запутавшись в собственных длинных халатах, которые свисали разорванными частями, когда Саби, изловчившись, выгнулась, заехав темному огромному силуэту прямо в пах.

– Да чтоб тебя порвало!!!!!!!

Взревел басами знакомый голос, который я не узнала бы сразу, если бы не вскрик Кэти рядом:

– Джейсон!!!!!

– Да я даже имени своего не помню теперь мать вашу!!! – лишь когда мужчина согнулся, едва ли не прыгая, и сжимая колени, я, наконец, смогла различить в едва проступающем свете звезд его шевелюру до плеч и массивные плечи.
– Такого генофонда мир лишили, засранки мелкие!

Все еще держа брыкающуюся Саби в вытянутой руке, мужчина с трудом выпрямился, быстро махнув второй рукой:

– Торопитесь, девочки, на выход! У нас мало времени! Эта мелкая с нами? – тряхнул он Саби в руке, потащив за собой, когда мы быстро закивали головами одновременно с Кэти.

– Бегом, бегом, на выход!
– подгонял он нас сзади, впечатываясь своей стальной выпуклой грудью в наши спины, тем самым подталкивая вперед, словно мы могли знать, куда именно нам нужно нестись по этим темным коридорам под рычание нашего погонщика.

– Как ты оказался здесь? – на лету кричала Кэти, таща меня за собой, потому что я постоянно оглядывалась на Саби, в ручищах Джейсона, что продолжала отчаянно отбиваться и вопить во все горло, что она не может уйти. Ее руки и ноги то и дело мелькали перед лицом свирепого мужчины, который в конце - концов взревел, тряхнув Саби, как мелкого котенка:

– Еще раз твои пипетки окажутся у моего лица или члена – вырву и сожру, поняла? Мелочь пузатая! Все вопросы и разговоры потом, сначала нужно вывести вас отсюда!

И мы снова бежали, петляли по каким-то коридорам и лестницам, пытаясь удалиться от звуков выстрелов, которых словно становилось все больше и больше. Или это сердце стучало так громко и резко, что невозможно было отличить этот жуткий звук от реального.

Гул стоял в моей голове, и не хватало дыхания, когда на одном из поворотов Саби неожиданно закричала. И это не было криком ярости на поведение Джейсона и то, что ее по-прежнему продолжали тащить, словно игрушку. Это был крик, полный боли, от которого сердце упало в пятки и душа в миг заледенела.