Всю дорогу обратно снова и снова повторяю, что все так и должно быть. Что она - лживая тварь, под стать ублюдку отцу. Что она должна заплатить, раз решила помогать ему.

Еще возвращаясь со встречи со связным, я решил, что тянуть больше не к чему и отправил весточку Басманову. Так что когда он заявляется ко мне, уже жду.

– Ну, вот мы и встретились, - заявляет он, вальяжно располагаясь напротив меня. Знает, что я не стану валить его прямо здесь. Тварь.
– Не пора ли остыть и оставить все в прошлом?

– Ты, сука, убил мою сестру! И ты за это заплатишь!

Георгий морщится демонстративно.

– Все это давно поросло быльем. Или тебе жизнь не дорога? Это последнее предупреждение, щенок. Либо ты уймешься, либо…

Он нагло скалится, думая, что козыри на его руках.

– Так уверен в своей недосягаемости?

– Что ты можешь сделать? Дамир, будь ты в силе, ты бы уже пришел за мной. Но это не так и никогда таковым не станет. Ты лишь бродяжка, которой повезло затесаться в нужную стаю.

Его намек про Рустама задевает, и я едва успеваю подавить вспышку гнева. Рано, еще очень рано.

– А что если это ты облажался? Думаешь, твой план с дочуркой выгорит?

На лице Басманова не отражается ни единой эмоции, но я уверенно иду до конца.

– Тебе так хотелось меня остановить, что ты даже дочь свою подложил под меня, как шлюху безродную. Вот только ты просчитался - связи есть не только у тебя. И врагов у тебя достаточно.

Лишь на долю секунды ублюдок хмурится, но тут же вновь надевает равнодушную маску.

– Какую дочь? Ты что-то путаешь, Дамир.

– Ту самую, которая сейчас сидит в одном из особняков Емельянова. И поверь, он знает, чью фамилию она носит. Как узнают и все ее клиенты…

Я жду, что он взбесится, разорется и покажет лицо. Но вместо этого он хохочет. В голос. Довольно.

– Какой же ты идиот, Асадов. Что ты, что твой папаша. Будь он поумнее, и сестра твоя вернулась бы домой целой и невредимой. А он слишком долго соображал, вот парни и не выдержали, развлеклись, - вздыхает ублюдок.
– Мой косяк, недоглядел. Но и отец твой мог бы пошустрее решать проблемы.

– Не смей своим грязным языком говорить про него!
– сдерживаюсь уже из последних сил. И то, только потому что план надо довести до конца. Дожать. Протащить по самому дну.

– Ты правда поверил, что Лера - моя дочь?
– ухмыляется Басманов.
– Как же легко тебя провести. Поэтому ты так и останешься внизу, на вторых ролях. Думаешь, я бы позволил своей дочери лечь под тебя?
– его лицо презрительно кривится.
– Ты - отброс, Асадов. И моя настоящая дочь, - он специально выделяет слова, - давно в безопасности. А эта подстилка… Она всего лишь моя племянница. Да и то, не родная. Так что, кому ты ее продал, меня не волнует.

Я задыхаюсь. Не могу пошевелиться. Просто сижу и смотрю на него, укладывая в голове слово за словом.

Она ему не дочь…

Она ему не дочь!!!

Ему плевать! Я проиграл. А она…

В ушах шумит, и остальные слова я едва разбираю:

– Ты даже не представляешь, насколько забавно было наблюдать за тем, как ты заглатываешь наживку. Как ведешься на эту сикуху. А еще на то, что якобы получил от старого мудака Вейхмана. Ты так быстро во все поверил, что я даже удивлен. Но знаешь, видеть тебя раздавленного и проигравшего - приятно. Повторяю - это последнее предупреждение. Мне не нужна лишняя война. Но если ты не уймешься после этого урока, я ее развяжу. Сотру в порошок не только тебя, но и всех, кто встанет за тебя. Каждого.

У меня нет сил, чтобы выдавить хоть слово. Я все еще осознаю масштаб того, что натворил. У Басманова звонит телефон, он поднимается на ноги, уже уходит. И я едва слышу обрывки его фраз:

– Что?! Когда?! Почему я узнаю только сейчас…

На фоне проносится злорадная мысль, что у твари какие-то проблемы. Но сам же…

Только спустя несколько минут обретаю возможность двигаться.

Первая мысль - надо вытащить Леру! Срочно!

Судорожно звоню Емельянову, но тот, как назло, недоступен. Мотор в груди работает на таких оборотах, что впору уже в больничку сдаваться, но по херу - главное, вытащить ее. Забрать. Успокоить

Она же что-то говорила про ребенка, что беременна..

Пиздец.

Блядь. Это просто лютый пиздец… Я же даже слушать не стал. А что если так и есть?

Перетряхиваю ее сумку, просто на чистом адреналине, сам не понимаю зачем. Пока из нее не выпадают два теста. Твою ж мать…

Набираю номер Рустама:

– Ты мне нужен. Срочно.

– Адрес, - скупо бросает друг и, получив тот, отключается.

Дорога пролетает как в тумане. Пробки, как на зло, мешают. Поэтому с Сабуровым оказываемся у нужного дома почти одновременно.