— Что за лес такой странный, глаза везде сияют, голос женский поет песни?

— А ты что не местный?

— Нет из очень далеких краев.

— Тогда слушай глаза сияющие это выродки, а песню поют Атрии.

— Кто это такие? — удивленно спросил он.

— Выродки, — это мертвецы которые бродят по лесам и болотам, нападают на людей, невероятно сильные твари, так что будь осторожен, всегда держи оружие в руках выходя в лес, особенно ночью.

— А кто такие Атрии?

— Это ведьмы болотные заманивают своих жертв песней, после чего кричат так что из ушей кровь идет. Когда жертва очарована стерва тащит жертву в болото и топит, а потом питается.

— Жуть то какая, а я еще думал, что за бесстрашная дева вышла ночью на болото.

— Это была ее уловка, купись на нее и ты труп, ладно вот мы и пришли, проходи, — подойдя к городским воротам, проговорил воин, после чего, достал связку ключей и стал открывать ворота.

Они зашли за стены, после чего отправились в какой-то дом.

Там было очень светло, свечи торчали из каждой подставки. Было много стульев и столов, на которых лежала бумага.

— Куда путь держишь?

— В Фьорден, — неторопливо ответил он.

— По какому делу?

— Оттуда планирую отправиться в Альнаир.

— К монахам?

— Можно и так сказать, важное дело у меня к ним, — проговорил Антонио, после чего разглядел крест, на груди воина, который едва ли торчал из-под мокрого плаща.

— К монахам это хорошо, ладно, показывай свои документы.

Он достал и развернул бумажку, она была слегка влажная, но к счастью не размокла.

— Вот держите, — проговорил он, передав документы командиру заставы.

Документ напечатанный на принтере, сильно впечатлил стражников, и даже вызвал подозрение. Слишком ровные линии, буквы.

— Тебе не кажется что он слишком идеален? — спросил командир обращаясь к одному из стражей.

— И блестит как новая монета.

— Думаешь здесь замешана магия?

— Почти уверен.

Антонио слушал их разговор и ему становилось не по себе, ведь он понимал, что за колдовство здесь сжигают на костре.

— Что скажешь? — обратился командир к Антонио.

— Побойтесь вы Бога, я иду к монахам, чтобы пополнить их ряды, такие документы изготавливают в моем крае они очень трепетно и бережливо с бумагами, пишут крайне красиво и ровно, они годами оттачивают свой навык.

— А ты откуда?

— Я из Ватикана.

— Никогда, не слышал о таком, а ты слышал? — недоумевая спросил командир, у своих воинов.

— Никак нет! — ответил стражник.

— Что я скажу вам, — он подошел к нему ближе и ткнул в грудь пальцем. — В этом вашем Ватикане умеют заполнять документы, не то что наши криворукие как курица лапой пишут, вот Торик, учись как нужно бумаги заполнять, а то руки из жопы растут.

Антонио улыбнулся, получив документ обратно.

— Ты свободен, можешь идти.

— Где здесь можно переночевать?

— В штормовой башне, можно снять жилье и выпить, всего за один драценарий.

— У меня есть 15 валенов, сколько это в драцерианах?

— В драценариях, это 3 монеты, если хочешь могу обменять, я как человек верующий помогу прислужнику Господа, если ты конечно хочешь.

— Да, — сказал он выложив монеты.

— Ну в добрый путь, — проговорил командир дав ему три драценария.

Антонио снова вышел на улицу, где вовсю лил дождь, вода стекала по каменным улочкам небольшого поселения, он увидел здание возле которого на висящей доске была нарисована башня и на входе написано "Штормовая башня"

Из таверны доносились пьяные вопли, противный смех, крики. Там явно кто-то сражался водкой, и похоже она побеждала.

Он вошел внутрь, встряхнув воду с туники. Несмотря на поздний вечер бард пел песни: Эх колдунья чародейка, превратила меня в жабу, выпью кружку эля я, чтобы ведьма убежала, Эх ла-ла-ла.

Не обращая внимание на выкрики и пляски он подошел к барной стойке и сказал: Мне бы комнату.

— Драценарий и она твоя, также включен завтрак.

— Держите, — проговорил мужчина.

— Я сейчас, — рявкнула она, недовольный взгляд пронзал его. Трактирщица спрятала монету в бюстгальтер, после чего сказала. — Я сейчас.

Она вошла в комнату за барной стойкой.

Уши Антонио уловили слова трактирщицы, которая давала указание своей поварихе.

— Завтра приедет наш главный, разумеется он у нас не остановиться, но его люди захотят выпить и хорошо поесть, самую лучшую еду заготовь для них, а этот пьяный скот корми вчерашней едой.

— Понял Летера, сделаю все как ты велела.