Тут мы вступили в поселок. Несси надо было кормить, и я прикидывал, как это сделать. Вечер был будничный, люди работали на огородах; с противоположного конца улицы - поселок вдоль улицы просматривался весь - входило стадо овец.

Миновав два-три дома, мы остановились у обширного огорода. Старик и двое парней убирали капусту.

– Можно у вас купить капусты?
– спросил я через изгородь.

– А это кто?
– спросил старик, показывая на Несси.

– Она хочет есть, - ответил я.

– Резиновая?

– Живая!

Старик, вслед за ним парни приблизились к изгороди.

– Сколько потребуешь?
– спросил один из парней, облокачиваясь на изгородь.

– Не знаю, почем капуста.

– Да нет, - возразил парень.
– За представление.

Меня принимали за балаганщика!..

Старик между тем швырнул на дорогу вилок капусты. Несси выкинула голову на разом утончившейся шее - овощ хрустнул в ее зубах.

– Я же говорил - резиновая, - сказал старик.

Подошли соседи. Смотрели, как Несси хватает вилки, работает челюстями. Комментировали:

– Кибернетика...

– До чего ведь дошли. Как настоящая!

– Настоящая и есть!
– попытался я пробить стену недоверия.

На меня даже не глянули.

– Куда у нее девается?
– спрашивали,

Сами себе отвечали!

– Соломорезка.

– Сам сделал?
– обратился ко мне старик. Одобрил: - Ловкач!..

Другие возражали:

– Провинция. То ли дело Кинг-Конг...

"Грамотеи!..
– возмущался я про себя.
– Насмотрелись по телевизорам на сверхобезьяну, механическую акулу..."

– В общем, не плохо, - сбалансировали наконец мнение. Откуда ты?
– И меня, похоже, заметили.

– В Торренс привезли на трейлере...
– начал я.

– Это мы видели, - возразили мне.

– Вся Британия видела!

Подошли овцы, потянулись к капусте. Несси защелкала зубами и зашипела.

– Звуковой эффект...
– заметил парень, швыряя очередной вилок.

Кто-то повторил, как вначале!

– Кибернетика...

Плату за капусту с меня не взяли.

– Хорош, хорош, - отвел деньги старик.
– Спасибо за развлечение.

Под собачий лай мы с Несси покинули поселок. Вообще, собаки надоедали нам больше всего. Да еще мальчишки.

– Эй!
– кричали.
– Почему у твоего верблюда один горб?..

Мальчишки принимали Несси за живое существо. Собаки в этом не сомневались.

Что касается самой Несси, то более спокойное животное трудно себе представить: шла за мной, поглядывала по сторонам. Изредка шикала на собак - свысока. Кличку поняла сразу. Заботу мою чувствовала, сама ни о чем не беспокоилась - быть бы сытой. Больше эксплуатировала меня - корми, пои, охраняй, - превратила в пажа при своем вельможном высочестве...

Приходили и уходили автобусы, бормотал динамик над дверью. Миллтон завладел моим сердцем. Но не сумел завладеть умом. В голове, в самой глубине мозга, стучало: "Доказательства?.." Стучало и замирало. Хотелось слушать этого человека.

– В Торренсе, - продолжал рассказ Миллтон, - как я позже узнал из газет, горевали над резиновым бурдюком. "Вандализм!" - решили единодушно, сели и укатили с пустым трейлером. Через какое-то время прошел слух, что Несси видели в сопровождении человека, проходили они фермерским краем, питались капустой. Но, господи, кто же поверит слухам, если на самом озере Лох-Несс сделаны сотни фотографий животного и все эти фотографии признаны ученым синклитом поддельными?.. Вот если бы Королевскому Географическому обществу подали Несси на блюде, с мочеными яблоками, с укропом, да позволили разрезать ножом, посмотреть, что там, внутри, - это был бы научный факт. А такни фотографии, ни кинокадры, ни подводная съемка не кажутся убедительными. Куда уж слухам, что человек путешествовал с Несси, питался капустой?.. Никто не хотел верить, чтобы не выставить себя в смешном виде. Мне, с моей удивительной Несси - она и сейчас у меня перед глазами, изложи я эту историю под присягой, наверняка бы приклеили ярлык клятвоотступника.

Миллтон покрутил головой, давая понять, что ярлык Клятвоотступника ему не подходит, и продолжал:

– Мы со зверюгой между тем продолжали путь к северу. На привалах я приучал Несси к себе. Несмотря на громадный рост и устрашающий вид, скотина была добродушной. Когтистые лапы, длинный, до четырех метров, хвост - самые энергичные части ее тела. Корпус, возвышавшийся на ногах, был рыхлым, мягким, с непомерно старой, на взгляд, морщинистой кожей, буро-коричневой на спине, серой на брюхе. Шея... Лебединая шея! Голова, маленькая, продолговатая, достойно венчала шею. Два маленьких выступа по сторонам - зачатки рогов? Пасть неширокая, треугольная. Плезиозавр? Плиозавр?.. Что-то было от этих доисторических. Но и что-то другое - нестрашное. Даже понятное - коровий характер, что ли? Особенно когда ела: схватит там, схватит тут...

Дальше в горы местность была безлюднее, и это было лучше для нас обоих. Несси начала уставать, прихрамывала. Приходилось останавливаться, отдыхать в верещатниках. Лучше и потому, что не было зевак - откровенных глупцов и нахалов. В поселках нас неизменно окружала толпа и - как будто все были заговоренные - принимала Несси за ловко сделанную механическую забаву.

– Дядя, - спрашивали меня, - сколько ты ухлопал на нее денег?

– А можно ей сигаретой в нос?..

Поначалу я обижался, сердился, а потом подобрал палку против любителей тыкать сигаретой в нос: попробуйте!