Объект регулярно пытались взять самые знаменитые пары, но безуспешно. Ситуация напоминала то, что происходило с Ховринской больницей: абандон обрастал собственными легендами, историей и зловещей аурой. Его сердце продолжало существовать где-то там, за складками реальности.

На каждую попытку посвящённых приходилось десять экспедиций дилетантов. Несмотря на охрану, многим удавалось успешно проникнуть на территорию объекта и в сами подземелья. Люди там пропадали с удручающей регулярностью.

Лиса подошла к экспедиции основательно. Они с Лёвой не стали использовать известные и проторенные другими парами входы. Через личные связи ей удалось найти чертежи проекта и сверить их на местности. Так она обнаружила вход через систему вентиляции, о котором не было известно.

Во время первого выезда им удалось найти сам вход, хотя это было непросто: кирпичная коробка в глухом лесу была лишена даже намёка на подъездные пути. Оставалось загадкой, как именно удалось её построить. Разве что дорога была разобрана после строительства специально. Странное решение: ведь любой объект надо как-то обслуживать. Лиса считала, что, возможно, создатели считали, что подземных коммуникаций для обслуживания будет достаточно.

Внутри здания был смонтирован огромный вентилятор, довольно хорошо сохранившийся. Он был установлен вертикально и закрыт защитной решёткой, которая сильно проржавела. В ней попадались большие прорехи.

Большую часть помещения, куда проникли Лиса и Лёва, занимал огромный электродвигатель, соединённый со ступицей вентилятора через редуктор. Он был установлен на двух железных балках, перекинутых через черную пропасть — вентиляционную шахту.

Дыра в земле была около десяти метров в диаметре. Бетонные кольца, покрытые потёками инфильтрата и чёрной плесенью, делили шахту на сегменты, чем-то напоминающие рёбра огромной змеи. Они уходили на глубину метров пятидесяти, насколько можно было судить на глаз. Дно просматривалось плохо — мощности фонарика не хватало для такого расстояния.

Между балками, на которых стоял двигатель, и самой шахтой когда-то, видимо, была установлена сетка фильтра. Об этом говорил металлический ржавый обод с неравномерно торчащими штырями. Но по какой-то причине сетка была демонтирована, или же сама упала внутрь шахты после того, как прогнили крепления.

Лиса с опаской потрогала балки. Несмотря на ржавчину, те всё ещё были достаточно крепкими. Коррозия затронула только поверхность.

Снизу шёл ощутимый ток воздуха. Он пах, как и полагается в заброшках, пылью, землёй и какой-то древней химией.

В бетонных кольцах, на внутренней стороне, были металлические скобы технической лестницы. Никакой страховочной клетки у них не было — что странно, ведь, учитывая высоту сооружения, она наверняка должна присутствовать. Возможно, её просто не успели смонтировать.

Сами скобы особого доверия не вызывали: некоторые были деформированы (возможно, во время падения фильтра), часть отсутствовала, а остальные покрывал толстый слой ржавчины.

Лиса и Лёва, конечно, были готовы к тому, что встретят, и притащили с собой всё необходимое для спуска: верёвку, карабины и прочее.

Конечно, в первое посещение никто не планировал достать сердце. Для начала надо было собрать данные для вычислений, что было совсем не просто, учитывая размеры объекта. Они прекрасно понимали, что, вполне вероятно, одного предварительного посещения будет недостаточно.

Спуск прошёл на удивление удачно: ни одна скоба не вывалилась, даже под Лёвиным весом. Страховочная система осталась невостребованной.

Первым спускался Лёва, что логично — это ведь в его задачу входил сбор данных для расчётов.

Внизу, как они и предполагали, валялись остатки фильтра-решётки и другой мусор: непонятно как оказавшиеся здесь ветки деревьев, листья и скелеты птиц. Никакого следа пребывания людей видно не было, что ребят, конечно же, обрадовало: похоже, этим доступом никто не пользовался с момента консервации строительства.

От коллектора у основания шахты вело пять проходов. Сверившись со схемой, ребята направились в центральный, самый крупный. Он должен был вывести их в камеру, где должна была быть смонтирована первая группа датчиков.

До камеры добрались благополучно. Тут даже обнаружилась часть оборудования: огромные шкафы так и стояли, обмотанные чёрной плёнкой и оббитые досками, которые успели наполовину сгнить.

Сделав необходимые измерения, Лёва направился в сторону главного тоннеля. И здесь обнаружилось первое свидетельство других посещений.

Справа от выхода из камеры, метрах в двадцати, на вогнутой стене тоннеля были изображены купола, напоминающий церковные, только без крестов. А ниже шла надпись: "Бойся Блуждающего Храма".